Учебные материалы

Перечень всех учебных материалов


Государство и право
Демография
История
Международные отношения
Педагогика
Политические науки
Психология
Религиоведение
Социология


1.5. Девиантное поведение

  Мы уже говорили о разнице между аномальным и девиантным поведением. Необходимо дать определение девиантного поведения.
  Девиантное поведение [от позднелат. deviatio — отклонение] — это поведение, отклоняющееся от общепринятых норм — нравственных, а иногда и правовых, включает антидисциплинарные, антисоциальные, делинквентные (противоправные) и аутоагрессивные поступки. Последние могут быть как патологическими (различные формы патологии личности и личностного реагирования), так и непатологическими (психологическими). Непатологические девиации в основном обусловлены социально-психологическими девиациями личности (прежде всего, микросоциально-психологической запущенностью) и являются проявлениями ситуационных характерологических реакций (протеста, отказа, имитации, эмансипации и др). Группа патологических форм девиантного поведения у детей и подростков в клиническом плане связана в основном с патологическими ситуационными (патохарактерологическими) реакциями, психогенными формированиями личности, проявлениями психопатий в стадии их становления, а также с непроцессуальными (резидуально-органическими и соматогенными) психопатоподобными состояниями.
  Важнейшими критериями отграничения патологических форм девиантного поведения от непатологических являются (Ковалев):
  1. наличие определенного патохарактерологического синдрома (например, синдрома повышенной аффективной возбудимости, эмоционально-волевой неустойчивости, истероидных, эпилептоидных, гипертимных черт характера и др);
  2. проявление девиантного поведения за пределами основных для ребенка или подростка микросоциальных групп: семьи, коллектива школьного класса, референтной группы подростков и др;
  3. полиморфизм девиантного поведения, т.е. сочетание у одного и того же подростка девиантных поступков разного характера — антидисциплинарных, антисоциальных, делинквентных, аутоагрессивных;
  4. сочетание нарушений поведения с расстройствами невротического уровня — аффективными, сомато-вегетативными, двигательными;
  5. динамика девиантного поведения в направлении фиксации стереотипов нарушенного поведения, перехода их в аномалии характера и патологию влечений с тенденцией к патологической трансформации личности.
  К основным видам девиантного поведения относят преступность и уголовно не наказуемое (непротивоправное) аморальное поведение (систематическое пьянство, стяжательство, распущенность в сфере сексуальных отношений и т.п.). Действия конкретной личности, отклоняющиеся от установленных в данном обществе и в данное время законов, угрожающие благополучию других людей или социальному порядку и уголовно наказуемы в крайних своих проявлениях, используется понятие «делинквентность» (от лат. delinquens — проступок, провинность). Личность, проявляющая противозаконное поведение, квалифицируется как делинквентная личность (делинквент), а сами действия — деликтами. Отличия делинквентного от криминального поведения коренятся в тяжести правонарушений, выраженности их антиобщественного характера. Криминальное поведение является утрированной формой делинквентного поведения вообще. В целом делинквентное поведение непосредственно направленно против существующих норм государственной жизни, четко выраженных в правилах (законах) общества.
  В специальной литературе рассматриваемый термин используется в различных значениях.
  А.Е. Личко, введя в практику подростковой психиатрии понятие «делинквентность», ограничил им мелкие антиобщественные действия, не влекущие за собой уголовной ответственности. Это, например, школьные прогулы, приобщенность к асоциальной группе, мелкое хулиганство, издевательство над слабыми, отнимание мелких денег, угон мотоциклов. В.В. Ковалев возражает против такой трактовки делинквентности, указывая, что делинквентное поведение является поведением преступным.
  Получивший широкое распространение термин «делинквент» за рубежом по большей части употребляется для обозначения несовершеннолетнего преступника. Так, в материалах ВОЗ делинквент определяется как лицо в возрасте до 18 лет, чье поведение причиняет вред другому индивиду или группе и превышает предел, установленный нормальными социальными группами в данный момент развития общества. По достижении совершеннолетия делинквент автоматически превращается в антисоциальную личность.
  В психологической литературе понятие делинквентности скорее связывается с противоправным поведением вообще. Это любое поведение, нарушающее нормы общественного порядка. Данное поведение может иметь форму мелких нарушений нравственно-этических норм, не достигающих уровня преступления. Здесь оно совпадает с асоциальным поведением. Оно также может выражаться в преступных действиях, наказуемых в соответствии с Уголовным кодексом. В этом случае поведение будет криминальным, антисоциальным.
  Приведенные виды делинквентного поведения можно рассматривать и как этапы формирования противозаконного поведения, и как относительно независимые его проявления.
  Многообразие общественных правил порождает большое количество подвидов противоправного поведения. Проблема классификации различных форм делинквентного поведения носит междисциплинарный характер.
  В социально-правовом подходе широко используется деление противоправных действий на насильственные и ненасильственные (или корыстные).
  В рамках клинических исследований представляет интерес комплексная систематика правонарушений В. В. Ковалева, построенная по нескольким осям. На социально-психологической оси — антидисциплинарное, антиобщественное, противоправное; на клинико­психопатологической — непатологические и патологические формы; на личностно-динамической — реакции, развитие, состояние. А.Г. Амбрумова и Л.Я. Жезлова предложили социально­психологическую шкалу правонарушений: антидисциплинарное, антисоциальное, делинквентное — преступное и аутоагрессивное поведение (следует отметить, что данные авторы к делинквентному относят только преступное поведение).
  Для решения таких вопросов, как определение степени выраженности делинквентности и меры воздействия на личность, важное значение также имеет систематизация типов правонарушителей. В 1932 г. Н.И. Озерецким была предложена актуальная и сегодня типология несовершеннолетних правонарушителей по степени выраженности и характеру личностных деформаций: случайные, привычные, стойкие и профессиональные правонарушители.
  Среди подростков, совершивших правонарушения, А.И. Долгова, Е.Г. Горбатовская, В.А. Шумилкин и др. в свою очередь выделяют следующие три типа:
  1. последовательно-криминогенный — криминогенный «вклад» личности в преступное поведение при взаимодействии с социальной средой является решающим, преступление вытекает из привычного стиля поведения, оно обусловливается специфическими взглядами, установками и ценностями субъекта;
  2. ситуативно-криминогенный — нарушение моральных норм, правонарушение непреступного характера и само преступление в значительной степени обусловлены неблагоприятной ситуацией; преступное поведение может не соответствовать планам субъекта, быть с его точки зрения эксцессом; такие подростки совершают преступления часто в группе в состоянии алкогольного опьянения, не являясь инициаторами правонарушения;
  3. ситуативный тип — незначительная выраженность негативного поведения; решающее влияние ситуации, возникающей не по вине индивида; стиль жизни таких подростков характеризуется борьбой положительных и отрицательных влияний.
  Аналогично В.Н. Кудрявцев говорит о профессиональных преступниках (лицах, регулярно совершающих преступления, живущих на доходы от них), ситуативных (действующих в зависимости от обстановки), случайных (преступивших закон только однажды).
  Делинквентное поведение как форма девиантного поведения личности имеет ряд особенностей.
  Во-первых, это один из наименее определенных видов отклоняющегося поведения личности. Например, круг деяний, признаваемых преступными, различен для разных государств, в разное время. Сами законы неоднозначны, и в силу их несовершенства большая часть взрослого населения может быть подведена под категорию «преступников», например по таким статьям, как уклонение от уплаты налогов или причинение кому-либо физической боли. Аналогично этому, все знают, что лгать нельзя. Но человек, говорящий правду всегда и везде, невзирая на обстоятельства, будет выглядеть более неадекватным, чем тот, кто лжет уместно.
  Во-вторых, делинквентное поведение регулируется преимущественно правовыми нормами — законами, нормативными актами, дисциплинарными правилами.
  В-третьих, противоправное поведение признается одной из наиболее опасных форм девиаций, поскольку угрожает самим основам социального устройства — общественному порядку.
  В-четвертых, такое поведение личности активно осуждается и наказывается в любом обществе. Основной функцией любого государства является создание законов и осуществление контроля за их исполнением, поэтому в отличие от иных видов девиаций, делинквентное поведение регулируется специальными социальными институтами: судами, следственными органами, местами лишения свободы.
  Наконец, в-пятых, важно то, что противоправное поведение по своей сути означает наличие конфликта между личностью и обществом — между индивидуальными стремлениями и общесвтенными интересами.
  Вопрос о влиянии психопатологии (в любом возрасте) на делинквентное поведение личности остается дискуссионным. «Проблема соотношения психических отклонений и антиобщественного поведения — одна из самых сложных и запутанных в психиатрии», замечает В.В. Королев. В качестве наиболее распространенных аномалий, сочетающихся с делинквентным поведением, называются: психопатия; алкоголизм; невротические расстройства; остаточные явления черепно-мозговых травм и органические заболевания головного мозга; интеллектуальная недостаточность.
  Люди, имеющие психические аномалии, проявляют сниженную способность осознавать и контролировать свои действия вследствие интеллектуальной или эмоционально-волевой патологии. В то же время отклонения от медицинской нормы нельзя считать конкретными причинами, вызывающими преступные действия, хотя в ряде случаев они сочетаются.
  При сочетании психического расстройства с определенными условиями можно ожидать возникновение патологического аффекта, существенно снижающего вменяемость человека, т. е. его способность осознавать свои действия и контролировать их.
  Многие авторы также рассматривают маломотивированные, нередко неожиданные для окружающих жестокие убийства именно как проявление патологического поведения. Ю.Б. Можгинский указывает, что в случае подобных преступлений, совершенных подростком без признаков психического расстройства до убийства, прослеживаются две основные патологические тенденции: нарушение аффектов (депрессии, дистимии) и кризис личности (психопатическое развитие). Данные нарушения безусловно сочетаются с конкретным социально-психологическим контекстом. Среди них автор называет конфликтную ситуацию, длительный стресс (затяжной конфликт в семье), влияние подростковой группы (групповых ценностей и правил), комплекс неполноценности, незначительную внешнюю угрозу.
  X. Ремшмидт в этиологии делинквентного поведения подростков выделяет легкие эмоциональные повреждения без признаков других психических заболеваний; выраженные эмоциональные нарушения, которые манифестируются страхами, тоской или насильственным способом поведения.
  Расстройства настроения в ряде случаев сочетаются с патологией влечений, например патологическое поведение с периодическим неодолимым влечением к поджогам (пиромания) или воровству (клептомания). К этому же ряду расстройств влечений относятся склонность к побегам и бродяжничество. В целом синдром нарушенных влечений характеризуется: импульсивностью, стойкостью, чуждостью для личности и неодолимостью. X. Ремшмидт, описывая депрессивных делинквентов, говорит о чередовании состояний «усиления влечений и агрессии» и «абсолютной утраты влечений».
  Приведенные данные позволяют говорить о том, что аффективный профиль является одним из наиболее значимых свойств личности, связанных с антисоциальным поведением и зависящих в свою очередь от совокупности внутренних и внешних факторов.
  Таким образом, по детерминации поведения можно выделить несколько основных групп делинквентных личностей:
  • ситуативный правонарушитель (противоправные действия которого преимущественно спровоцированы ситуацией);
  • субкультурный правонарушитель (нарушитель, идентифицировавшийся с групповыми антисоциальными ценностями);
  • невротический правонарушитель (асоциальные действия которого выступают следствием интрапсихического конфликта и тревоги);
  • «органический» правонарушитель (совершающий противоправные действия вследствие мозговых повреждений с преобладанием импульсивности, интеллектуальной недостаточности и эффективности);
  • психотический правонарушитель (совершающий деликты вследствие тяжелого психического расстройства — психоза, помрачения сознания);
  • антисоциальная личность (антиобщественные действия которой вызваны специфическим сочетанием личностных черт: враждебностью, неразвитостью высших чувств, неспособностью к близости)
  В исследованиях, посвященных отклоняющемуся поведению, значительное место отводится изучению его мотивов, причин и условий, способствующих его развитию, возможностей предупреждения и преодоления. Как мы уже говорили, сами по себе девиантные поступки не являются обязательным признаком психических нарушений и, тем более, серьезного психического заболевания. В основном они обусловлены социально-психологическими девиациями личности, прежде всего, микросоциально-психологической запущенностью, а также ситуационными характерологическими реакциями (протеста, отказа, имитации, эмансипации и др.).
  Социально-психологические факторы девиантного поведения
  При рассмотрении вопроса о генезисе девиантного поведения акцент ставится на социально-психологических факторах.
  Психологические особенности социума, характеризующегося непрерывным увеличением объема информации, благоприятного для возникновения эмоциональной депривации, с пошатнувшимся институтом брака и семьи, нарастанием относительной социальной изоляции и отчужденности людей при повышении уровня занятости, ответственности, дефицита времени, способствуют формированию нарушений поведения. Ситуации недостаточной социально­психологической адаптированности ребенка или подростка, плохом усвоении социально одобряемых поведенческих стереотипов с интериоризацией асоциальных ценностей, влиянием асоциальных установок выступают в виде важной предпосылки антиобщественного поведения (Чудновский).
  А.И. Долгова отграничивает три степени личностной деформации, которая приводит к формированию делинквентного поведения. Самая легкая из них обусловливает социально- деформированное поведение (7% обследованных правонарушителей), более тяжкая — социально­нравственную деформацию поведения (10%), самая тяжелая — социально-нравственно-правовую деформацию поведения (83%). А.И. Долгова выделяет также насильственный и корыстный типы деформации. При насильственном имеет место стремление к самоутверждению, к представлению себя сильной и справедливой натурой, при этом представления о справедливости искажены. Для таких несовершеннолетних характерны групповой эгоизм, тесная привязанность к неформальной группе, культ силы, жестокость, убежденность в правильности своего поведения. Для корыстного типа характерен не групповой, а индивидуальный эгоизм, у таких личностей более деформированы ценностные ориентации, они полностью осознают противоправный характер своих действий; им характерны скрытность, наличие корыстных установок, аморальность, более глубокая социальная запущенность. По данным В.В. Королева, более половины делинквентов имеют деформации по корыстному типу (50,8%), приблизительно пятая часть — по насильственному типу (20,6%), более четверти — по смешанному типу (28,6%). Все несовершеннолетние правонарушители при сопоставлении их с социально адаптарованными сверстниками обнаруживают отсутствие ориентации на высшие общественные интересы, на альтруистическую деятельность, на творческую работу, на любовь и авторитет друзей и т.д. у них преобладает ориентация на материальное благополучие, на власть, на славу.
  Социальное напряжение в обществе создает условия для интенсивного возникновения психических расстройств и социально опасных форм отклоняющегося поведения (алкоголизм, наркомании, суициды, преступность); при этом рост случаев психических расстройств и отклоняющегося поведения, в свою очередь, усиливает социальное напряжение в популяции.
  При изучении патогенного влияния на психическое здоровье социальных факторов следует дифференцировать их на две группы: макросоциальные и микросоциальные. Первые непосредственно обусловлены общественным строем, социально-экономической и политической структурой общества. Вторые отражают конкретные направления общественной жизни людей в ее различных сферах (труд, отдых, быт). Психологические проблемы в семье и в рабочей микрогруппе по-прежнему остаются одной из основных причин развития нарушений психического здоровья, преломляясь через призму макросоциальных условий (Дмитриева, Положий).
  Семья — это малая группа и социальный институт. Семья как социальная группа может быть фактором девиантности или фактором антидевиантности. «Хорошая семья» как семья без конфликтов — антидевиантный фактор. «Плохая семья» как семья с множеством конфликтов — девиантный фактор. Семья как социальный институт — это институт социализации и институт социального контроля. Процесс социализации очень важен для формирования социальных качеств личности. Более того, семья определяет первичный социальный статус человека и начало его карьеры. Это очень важно, поскольку социальный статус («класс») определяет, более или менее, социальное поведение, включая девиантное поведение. Семья — наиболее важный институт социального контроля. Семья — институт внешнего контроля, но он формирует «внутренний» контроль — веру, совесть и т.д. Невозможным (или очень сложным) является исправление недостатков семейного воспитания. Результаты эмпирических исследований подтверждают эти утверждения.
  Семья, будучи социальным институтом, является одним из институтов социализации и одним из институтов социального контроля. Последние два обстоятельства особенно важны для нашей темы.
  Социализация — многозначный термин. Педагоги и психологи акцентируют внимание на социализации как процессе усвоения индивидом знаний, социальных норм, образцов поведения. Для социолога под социализацией понимается прежде всего включение индивида в общество, в систему общественных отношений посредством наделения его (индивида) общественными свойствами. При этом общество (через свои институты, в том числе семью) предоставляет набор социальных позиций; наделяет индивидов свойствами (знаниями, профессиональными навыками, умениями), необходимыми для занятия имеющихся («предоставленных») позиций; определяет механизм распределения индивидов по позициям.
  Одним из важнейших интегративных «девиантогенных» факторов, влияющих на уровень, структуру, динамику девиантности и ее различных проявлений (преступности, наркотизма, пьянства и др.), является противоречие между потребностями людей и возможностями их удовлетворения. Последние же зависят прежде всего от социально-экономического статуса индивида, от его места в социальной структуре общества. А эти статус и место в значительной степени определяются (во всяком случае в начале жизненного пути как стартовая площадка карьеры) статусом и местом родительской семьи в обществе.
  Основными «девиантогенными» факторами являются:
  • социальное происхождение;
  • ранняя социализация;
  • дефекты семейной социализации и условия воспитания в конфликтных (десоциализированных, «неблагополучных») семьях.
  Итак, первый объективный не зависящий ни от индивида, ни от его родителей факт, влияющий на большую или меньшую вероятность негативного девиантного поведения в будущем — социальное происхождение. Еще в 1977 г. коллективу лаборатории социологических исследований Научно-исследовательского института комплексных социальных исследований при Ленинградском государственном университете удалось показать зависимость различных видов активности людей от их социального происхождения и социального статуса. В настоящее время накоплен огромный отечественный и зарубежный эмпирический материал, подтверждающий сказанное. И хотя вертикальная мобильность людей в современных развитых странах достаточно велика (в частности, «система образования... стремится как можно дольше оставлять открытыми возможности для приобретения качеств, позволяющих человеку подняться над социальным классом своего происхождения» , однако зависимость от социально-экономического положения родительской семьи еще велика и в значительной степени определяет возможности социальной мобильности, карьеры и ее успешности, а следовательно, больших или меньших возможностей для удовлетворения своих потребностей.
  Вторым важнейшим фактором является ранняя социализация. По утверждению психологов и педагогов, дети, лишенные в возрасте до одного года теплых эмоциональных контактов с матерью, вырастают с повышенной агрессивностью. Также по мнению психологов, основные черты характера складываются в возрасте до 5-6 лет. Ясно, что неблагоприятные семейные условия формирования характера скажутся в более позднем возрасте. Отрицательно влияет на формирование характера и других психологических свойств личности авторитарный стиль семейного воспитания, традиционный для России. Многочисленные наблюдения за детьми и эксперименты с животными приводят исследователей к выводу о том, что наказание не только не устраняет агрессивность, но поощряет и усиливает ее. Подавляющее большинство лиц, совершивших насильственные преступления, в детстве подвергались унижению, наказаниям, страдали от жестокого обращения со стороны взрослых и, в свою очередь, уже в детстве обращали свою агрессивность на младших, более слабых или же на животных. Так жертвы становятся палачами.
  Интересно отметить, что все основные «криминогенные» факторы, тщательно изучаемые современной зарубежной криминологией — гендер (пол), возраст, раса (этническая принадлежность), класс — в конечном счете опосредованы семьей.
  Наконец, третьим девиантогенным фактором выступают многочисленные дефекты семейной социализации и условия воспитания в конфликтных (десоциализированных, «неблагополучных») семьях. Об этом немало написано в зарубежной и отечественной литературе.
  Уже из сказанного ясно, сколь велика роль семьи как одного из институтов социального контроля. Под социальным контролем понимается механизм самоорганизации (саморегуляции) и самосохранения общества путем установления и поддержания в данном обществе нормативного порядка, устранения или нейтрализации, или минимизации нормонарушающего (девиантного) поведения.
  Социальными регуляторами человеческого поведения служат выработанные обществом ценности и соответствующие им нормы. Основными методами социального контроля являются поощрение и наказание. Поощрение всегда эффективнее, наказание — популярнее... Различаются формы социального контроля: внутренний (интернализированные ценности, совесть) и внешний (со стороны общества, государства и их органов), формальный и неформальный, а также «косвенный», означающий ориентацию индивида на значимых близких, референтную группу.
  Семья является институтом «внешнего» контроля, но формирующим основы контроля внутреннего — наиболее значимого и эффективного. Если семья с детства сформировала в человеке представления об абсолютной ценности любого человека и живого существа, о неприкосновенности чужой (частной, коллективной, государственной) собственности, о терпимости к чужым взглядам, обычаям, привычкам, и эти представления стали личными убеждениями человека, — он будет поступать в соответствии со своими убеждениями и вряд ли причинит вред другому лицу и его имуществу.
  Но формируются позитивные черты личности не столько в результате назиданий и деклараций, сколько на личном примере родителей, других членов семьи. И если семья формирует (словами или личным примером) лживость, привычку взять «что плохо лежит», пренебрежение чужими интересами, нетерпимость к чужим взглядам и поступкам и т.п., — вероятность негативных девиаций очень высока.
  Поскольку семья служит институтом социального контроля со дня рождения человека, «лепит» ребенка по образу и подобию своему, влияет на формирование свойств личности в наиболее восприимчивом возрасте, постольку и роль семейного воспитания превосходит по значимости все другие средства социального контроля. «Практика показывает, что такие негативные явления, как пьянство, наркомания, проституция и т. д., хотя и связаны с улицей, с бытом и досугом, в какой-то мере с местом работы и учебы, берут свое начало в семье и в ней проявляют себя наиболее активно».
  То, что «испорчено» семьей и в семье, очень трудно, если не невозможно, «исправить» с помощью других институтов социального контроля. Во всяком случае, сегодня уже очевидна неэффективность полиции и уголовной юстиции в сфере контроля над преступностью («кризис наказания») (Гилинский Я.И.).
  Основой оценки девиантного поведения человека является анализ его взаимодействия с реальностью, поскольку главенствующий принцип нормы — адаптивность — исходит из приспособления (адаптивности) по отношению к чему-то или кому-то, т.е. реальному окружению индивида. К признакам нарушения социальной адаптации относят:
  • снижение потребности в принадлежности к социуму, в принятии и поддержке окружающими людьми;
  • потеря социально направленных чувств;
  • недоверие к близкому социальному кругу и социальным нормам;
  • неконтактность;
  • негативное отношение к требованиям окружающих и конфликтность во взаимоотношениях с ними.
  Среди психологических факторов отклоняющегося поведения важную роль играет мотивация, выполняющая четыре основные функции: отражательную, побудительную, регулятивную, контролирующую. Делинквентное и криминальное поведение коррелирует не столько со слабыми знаниями морально-правовых требований, сколько с криминогенной деформацией побудительных мотивов. Формирование системы побуждений личности возможного правонарушителя и их актуализация в конкретной жизненной ситуации выполняют отражательную функцию; возникновение мотива и формирование цели поведения — побудительную; выбор путей достижения цели, прогноз возможных последствий и принятие решения на совершение проступка — регулятивную; контроль и коррекция действий, анализ наступивших последствий, раскаяние или выработка защитного мотива — контролирующую (Кудрявцев).
  Социологические концепции девиации
  Для того, чтобы глубже понять механизмы девиантного поведения, рассмотрим социологические концепции девиации. Биологическое и психологическое объяснения девиации связаны главным образом с анализом природы девиантной личности. Социологическое объяснение учитывает социальные и культурные факторы, на основе которых людей считают девиантами.
  Мы рассмотрим классические социологические теории девиации:
  1. Теории аномии или функционалистские теории девиации;
  2. Теории Хирши и Реклесса;
  3. Теорию дифференциальной ассоциации (Сатерленд);
  4. Теорию стигматизации;
  5. Теорию конфликта.
  1) Теории аномии
  В центре внимания теорий аномии, отчуждения и идентификации стоят вопросы совпадения мировоззрения индивида и существующей в обществе системы социальных ценностей. Каждая из этих теорий рассматривает вопросы преступного и отклоняющегося поведения в своем особом ракурсе. Аномия — это состояние дезорганизации личности, возникающее в результате ее дезориентации, что является следствием либо социальной ситуации, в которой имеет место конфликт норм личность сталкивается с противоречивыми требованиями, либо ситуации, когда нормы отсутствуют. Под отчуждением понимается уход индивида от окружающего его мира или его недостаточная внутренняя интеграция.
  Термин «аномия» впервые появился в английском языке в 1591 г. ив XVII в. часто использовался теологами, обозначая пренебрежение правом, в частности божественным. Термин был включен в словарь Джонсона в 1755 г. в двух вариантах — английском и французском. В настоящее время больше распространено французское произношение, по-видимому, это объясняется тем, что в язык социологии термин «аномия» был введен в 1897 г. Дюркгеймом. Одна из важнейших теоретических конструкций включает в себя понятие социального отчуждения — явления, изучение которого криминологией началось с обращения Дюркгейма к идее аномии. Разработкой этой концепции занимались Роберт К. Мертон, Ричард Клауорд и Ллойд Оулин, Джекоб Гвост и другие.
  Впервые социологическое объяснение девиации было предложено именно в теории аномии, разработанной Эмилем Дюркгеймом. Дюркгейм использовал эту теорию в своем классическом исследовании сущности самоубийства. Он считал одной из причин самоубийства явление, названное аномией (буквально «разрегулированность»). Объясняя это явление, он подчеркивал, что социальные правила играют важную роль в регуляции жизни людей. Нормы управляют их поведением, они знают чего следует ожидать от других и что ждут от них. Жизненный опыт людей (т.е. их удовольствия и разочарования) более или менее соответствует ожиданиям, которые обусловлены социальными нормами. Однако во время кризисов или радикальных социальных перемен, например в связи со спадом деловой активности и безудержной инфляцией, жизненный опыт перестает соответствовать идеалам, воплощенным в социальных нормах. В результате люди испытывают состояние запутанности и дезориентации.
  Теория аномии Мертона
  Роберт К. Мертон (1938) внес некоторые изменения в концепцию аномии, предложенную Дюркгеймом. Он считает, что причиной девиации является разрыв между культурными целями общества и социально одобряемыми средствами их достижения. В качестве примера можно привести противоречивое отношение американцев к проблеме богатства. Они с восхищением относятся к финансовому успеху, достижение богатства является общепринятой в американской культуре целью. Социально одобряемые или институционализированные средства достижения этой цели подразумевают такие традиционные методы, как получение хорошего образования и устройство на работу в торговую или юридическую фирму.Но когда мы сталкиваемся с реальным положением дел в американском обществе, становится ясно, что эти социально одобряемые средства недоступны для большинства населения. Многие люди не могут платить за хорошее образование, а лучшие предприятия принимают на работу лишь ограниченное количество специалистов. Согласно Мертону, когда люди стремятся к финансовому успеху, но убеждаются в том, что его нельзя достичь с помощью социально одобряемых средств, они могут прибегнуть к незаконным способам, например, рэкету, спекуляции на скачках или торговле наркотиками.
  Критика теории аномии.
  Данная теория в большей степени направлена на низшие слои общества, игнорируется тот факт, что высшие классы и те, кто достиг социально одобряемых целей тоже могут совершать преступления.
  2) Теории Хирши и Реклесса
  Данные теории делают акцент на том как человек в процессе социализации становится девиантом.
  Теория социального контроля Трэвиса Хирши
  Хирши считает, что человек в основном является антиобщественным существом и делинквентность бесполезно предотвращать, вводя определенные требования. Основной вопрос в объяснении делинквентности должен быть "почему они не делают этого?". Отвечая на этот вопрос, Хирши ссылается на утверждение, что степень интеграции индивида в группы является очень важным моментом в объяснении противостояния и делинквентности. Для Хирши интеграционное восприятие норм и необходимых соответственных поступков других является основным элементом противостояния в обществе. Так если индивид безразличен к взглядам других и не чувствует необходимости следовать нормам (особенно если нормы в обществе слабо выражены), то он свободен образовывать новые отношения с другими, которые могут предпочитать девиантную активность и соответствующий стиль жизни.
  Тревис Хирши считает, что делинквентный акт является результатом, когда личностный долг к обществу слаб или разрушен. Он вводит такие элементы связи, как привязанность, вручение (рациональный элемент в нарушении), вовлечение. Личность, которая привязана к обществу имеет предрасположенность быть более вовлеченной в активность этого общества и воспринимать его договорные связи, как основу нормативного поведения. В своих фантазиях люди более девиантны, чем они это проявляют.
  Теория регулирования Реклесса
  Предлагаемая У. К. Реклессом теория регулирования исходит из факта существования внутренней и внешней контрольных систем.
  В основе этой теории лежат представления о внешних и внутренних импульсах, побуждающих либо к делинквентному, либо к законопослушному поведению. Если внутренние и внешние импульсы побуждают к делинквентному поведению, то результатом и будет делинквентное поведение. Для внутреннего регулирования необходимо самосознание, самоконтроль, сильное эго, хорошо развитое суперэго, высокая способность переносить фрустрацию, сопротивляемость различного рода отвлекающим моментам, развитое чувство ответственности, целенаправленность, способность находить удовлетворение в «заменителях», способность к рационализациям, ослабляющим напряжение. Внешнее регулирование представляет собой сложный механизм, действующий в непосредственном социальном окружении индивида и удерживающий его в рамках социальных норм. Устойчивый моральный климат, наличие разумных социальных ожиданий, дисциплина и эффективный надзор за детьми, обеспечение приемлемой сферы деятельности, возможность получить одобрение, возможность выхода из состояния напряжения и фрустрации, идентичность и чувство принадлежности к определенной группе — все это факторы внешнего регулирования. Внешнее и внутреннее регулирование, по- видимому, являются главным опосредующим звеном между давлением, которое оказывает на индивида окружающая действительность, и его внутренними побуждениями.
  Факторами внешнего давления могут быть бедность и лишения, конфликты, внешние ограничения, статус группы меньшинства, ограниченный доступ к возможностям достижения успеха и другие стрессовые ситуации. Развлечения, искушения, соблазны, примеры преступного поведения, реклама — все это импульсы, которые даст окружающая среда. Внешнее регулирование может складываться также из таких компонентов, как счастливая семейная жизнь, заинтересованность в деятельности общины, членство в организациях, дружба с хорошими людьми.
  Внутреннее регулирование включает в себя копт-роль над побуждениями, мотивами, свободой самовыражения, а также над такими чувствами, как фрустрация, нетерпеливость, разочарование, возмущение, враждебность, унижение. Оно требует способности противостоять внешним и внутренним импульсам, успешно разрешать конфликты, удерживаться от соблазнов и стойко переносить неприятности. Внутреннее регулирование приобретает особо важное значение в мобильном, меняющемся обществе, поскольку порождаемое им отчуждение людей затрудняет им участие в жизни группы и выбивает их из привычной колеи.
  Критика теорий Реклесса и Хирши:
  • Хириши и Реклесс рассматривают девинатов как лишенных чувства вины.
  • Теории носят индивидуальный характер не принимается во внимание, что есть целые девиантные субкультуры.
  • Не учитыввается, что преступления часто совершаются по ошибке.
  3) Теория дифференциальной ассоциации (Сатерленд)
  Предложенная Сатерлендом теория дифференцированной связи состояла из следующих положений:
  • Процессы, ведущие к систематическому преступному поведению, по своей форме в основном совпадают с процессами, ведущими к законопослушному поведению.
  • Систематическое преступное поведение — это процесс связи с теми, кто совершает преступление, подобно тому, как систематическое законопослушное поведение — это процесс связи с теми, кто не нарушает законов.
  • Дифференцированная связь есть особый причинный процесс развития систематического преступного поведения,
  • Возможность того, что индивид изберет систематическое преступное поведение, в общих чертах обусловливается тем, насколько часты и непосредственны его контакты с моделями такого поведения.
  • Индивидуальные различия между людьми в плане личностных характеристик или особенностей социальных ситуаций обусловливают преступное поведение лишь в том смысле, что они влияют на характер дифференцированной связи или на частоту и устойчивость контактов с моделями преступного поведения.
  • Конфликт культур — основная причина дифференцированной связи и, стало быть, систематического преступного поведения.
  • Социальная дезорганизация — главная причина систематического преступного поведения.
  В 1947 г. Сатерленд несколько модифицировал теорию дифференцированной связи с учетом законов научения. В окончательном виде теория дифференцированной связи содержит следующие положения.
  • Преступному поведению учатся.
  • Преступному поведению учатся, взаимодействуя в процессе общения с другими людьми.
  • Научение преступному поведению происходит главным образом в группах, где отношения имеют непосредственный, личный характер.
  • Научение преступному поведению включает: а) усвоение приемов совершения преступлений, которые могут быть и очень сложными, и очень простыми; б) специфическую направленность мотивов, устремлений, установок, а также рационализацию поведения.
  • Специфическая направленность мотивов и устремлений формируется на основе оценок правовых норм как благоприятных или как неблагоприятных.
  • Лицо становится делинквентом в результате преобладания у него оценок, благоприятствующих нарушению закона над оценками, не благоприятствующими этому.
  • Дифференцированные связи различаются в зависимости от их частоты, продолжительности, очередности и интенсивности.
  • Процесс обучения преступному поведению в ходе контактов с моделями преступного и непреступного поведения включает в себя все механизмы, действующие в процессе любого другого обучения.
  • Хотя преступное поведение является выражением общих потребностей и ценностей, оно не может быть объяснено ими, поскольку непреступное поведение выражает те же самые потребности и ценности.
  Критика теории Сатерленда:
  Теория дифференцированной связи определила развитие научной мысли американских криминологов и других ученых, занимающихся проблемой преступности. Более того, эта теория является в настоящее время наиболее распространенной, если судить об этом по числу журнальных статей, в которых говорится о том, как она подвергается проверке, анализируется и развивается. К 1970 г. в специальных и научных журналах было опубликовано уже около 70 статей, посвященных теории дифференцированной связи, причем за последнее время число таких статей увеличилось.
  Теория Сатерленда значительно точнее и глубже, чем подсказанная здравым смыслом уверенность в том, что девиация — это результат того, что человек связался с плохой компанией. Криминальная девиация является результатом преимущественного общения с носителями преступных норм. Более того, Сатерленд тщательно описал факторы, сочетания которых способствуют криминальному поведению. Он подчеркнул, что важную роль в этом играют не контакты с безличными организациями или институтами (например, с законодательными органами или церковью), а повседневное общение — в школе, дома или на месте постоянных «уличных тусовок».
  Тем не менее теория Сатерленда не лишена недостатков. В частности она носит индивидуалистический характер и не учитываются сложные структурные связи в обществе. Аргумент, на который теории дифференцированной связи наиболее трудно возразить, заключается в том, что не всякий человек, сталкивающийся с преступностью, воспринимает ее как модель поведения, которой надо следовать. Некоторые критики этой теории, полностью признавая тезис, согласно которому люди становятся тем, что они есть, в значительной мере в результате их контактов с другими людьми, указывали на то, что биологические и конституциональные особенности человека наряду с психологическими факторами ослабляют воздействие связей с преступниками или квазипреступниками.
  4) Теория стигматизации
  Теории, рассмотренные до сих пор, основаны главным образом на анализе личностных особенностей девианта, а также социальных и культурных факторов, способствующих девиации. Однако за последние 20 лет сформировалось несколько новых подходов к девиации, которые основное внимание обращают на тех, кто оценивает человека с точки зрения девиации, а также на то, как обращаются с индивидом, которому приклеен ярлык «девианта».
  Говард Беккер предложил концепцию, противоположную обсуждавшимся выше. В своей книге "Аутсайдеры" (1963) он отверг многие психологические и социологические объяснения девиации, потому что они основаны на «медицинской модели», согласно которой человек, проявляющий девиантное поведение, считается в некотором смысле «больным». Такие подходы не учитывают политического аспекта девиации. Беккер считают, что девиация на деле обусловлена способностью влиятельных групп общёства имеются в виду законодатели, судьи, врачи и пр.) навязывать другим определенные стандарты поведения. «Социальные группы создают девиацию, — писал он, — поскольку они следуют правилам, нарушение которых считается девиацией кроме того, они навязывают эти правила определенным людям, которым "наклеиваются ярлыки" аутсайдеров. С этой точки зрения девиация не качество поступка, который совершает человек, а скорее следствие применения другими людьми правил и санкций против "нарушителя"».
  В окончательном виде теория стигматизации основана на положениях, сформулированных Танненбаумом в 1938 г., Лемертом в 1951 г., Беккером в 1963 г., Тэком в 1969 г. и Куинни в 1970 г.
  Шраг выделяет девять этапов процесса стигматизации:
  1. Ни одно действие не преступно само по себе; оно является таковым в силу закона.
  2. Определение того, что является преступным, применяется в интересах власть имущих представителями этих групп, в частности полицией.
  3. Человек становится преступником не потому, что он нарушил закон, а в силу процесса стигматизации, посредством которого власти приписывают ему этот статус.
  4. Разделение всех людей на две категории — преступников и непреступников — противоречит здравому смыслу и очевидным фактам.
  5. В нарушении закона уличают лишь немногих, тогда как очень многие, быть может, виновны не в меньшей степени.
  6. Поскольку санкции, используемые в правоприменительной деятельности, направлены против человека, а не только против преступного деяния, характеристики преступника влияют на суровость и последствия наказания.
  7. Уголовные санкции варьируются в зависимости и от других характеристик преступника, таких, как принадлежность к меньшинству, отсутствие постоянного местожительства, плохое образование, проживание в районах городской бедноты и т. д.,
  8. Уголовная юстиция исходит из стереотипного представления о преступнике как о злоумышленнике, как о человеке низких моральных качеств, заслуживающем порицания.
  9. Тем, кто однажды был заклеймен как преступник, трудно избавиться от этого клейма и восстановить свое прежнее положение в обществе.
  Этапы процесса стигматизации были выделены также Кресси и Уордом:
  1. С точки зрения ребенка, во время игры допустимо битье окон, лазанье по крышам и вообще «безобразничание».
  2. Требования прекратить «плохое» поведение предъявляются ребенку членами общества в том числе родителями.
  3. В результате подобной реакции взрослых ребенок считает, что с ним обошлись несправедливо и, что еще более важно — что его община и, быть может, его родители уже не причисляют его к «хорошим» детям.
  4. Родители, полиция и другие могут после этого с подозрением относиться ко всем его действиям, к его друзьям, его высказываниям, его личности, подкрепляя тем самым отношение к нему как к «плохому».
  5. Когда ребенок обнаруживает, что его считают «плохим» и что даже его попытки быть «хорошим» рассматриваются как доказательства того, что он «плохой», он может стать более «предрасположенным к совершению преступления» пли еще теснее примкнуть к группе товарищей по играм, которая получает ярлык «шайка девиантов».
  6. После того как общество признало подростка плохим, оно уже знает, как с ним справиться; фактически оно не знало, что делать с ним, пока на нем не было клейма «плохой».
  7. В процессе воздействия на делинквента выкристаллизовывается представление общества о делинквенте и представление делинквента о самом себе; теперь он считает себя таким, каким его считает общество, а именно «неисправимым», «делинквентом» или «преступником».
  «Самореализующееся пророчество», идущее от стигматизации, — проблема, обсуждавшаяся Мертоном в 1957 г. Становится ли человек делинквентом в силу стигматизации, или дело заключается в том, что компетентный эксперт поставил правильный диагноз и сделал верный прогноз вот вопрос, который следует считать центральным. Несомненно, каждая из этих точек зрения частично отражает социальную ситуацию. Стигматизация девиантов осуществляется в форме наклеивания ярлыков и стереотипизации. Как правило, это происходит тогда, когда делинквенты объединяются в преступную шайку и общество отвергает эту шайку, что делает девиантное поведение явным и привлекает к нему общественное внимание.
  При осуществлении программ контроля над делинквентностью следует избегать стигматизации. Во-первых, с точки зрения ее результатов остается неясным, что лучше — делать что-нибудь вообще или ничего не делать, а если что-то делать, то что именно. Во-вторых, расширение наших знаний о молодежи открывает для нас категорию людей, которые нуждаются в помощи скорее, чем делинквенты; поэтому стигматизация представляет собой юридическую категорию, способствующую проведению ненужных различий.
  Критика теории стигматизации:
  В отличие от концепций, обращающих основное внимание на особенности индивидов, способствующие девиации, теория стигматизации объясняет, каким образом формируется отношение к людям, как девиантам.
  Эта теория подвергается критике. Гоув и другие исследователи считают, что ее сторонники «стоят на стороне обездоленных», которые оказались на дне общества и не могут оказать сопротивление тем, кто навешивает на них ярлыки девиантов. Сравнительно недавно Пивен (1981) отметила, что сторонники этой концепции в какой-то мере преувеличивают пассивность девиантов и их неспособность бороться с правящими классами. Она утверждает, что в действительности известно много людей, оказывающих сопротивление, иногда успешное, попыткам властей унизить их и поставить на колени. Она приводит пример борьбы негров юга Америки, которые отвергают нормы, навязываемые им окружающим обществом, и организуют бойкоты, сидячие забастовки и марши протеста. Согласно точке зрения Пивен, девиация подразумевает конфликт в большей мере, чем предполагают сторонники теории наклеивания ярлыков.
  5) Теория конфликта
  Теория конфликта возникла па основе положений и принципов, разработанных Георгом Зиммелем (1858-1918), который считал, что конфликт является формой взаимодействия в отличие от его содержания. Содержание может быть различным, но форма «социального конфликта» остается одной и той же. Теория конфликта исходит из ориентированного на социальную психологию подхода к формированию личности с позиций социального взаимодействия и представления о коллективном поведении как о социальном процессе.
  Еще более ярко выраженный политический подход к девиации выбран группой социологов, которые называют себя "радикальными криминологами". Они отвергают все теории преступности, трактующие ее как нарушение общепринятых законов; утверждают, что такие концепции характеризуют общество как абсолютно единое целое. Согласно их точке зрения, создание законов и подчинение им является частью конфликта, происходящего в обществе между различными группами. Чтобы пояснить суть этой концепции, Остин Турк (1969) привел следующий довод: когда возникает конфликт между властями и некоторыми категориями граждан, власти обычно избирают вариант принудительных мер. Например, сотрудники полиции с большей готовностью применяют законы, соответствующие их собственной субкультуре (скажем, запрещающие гомосексуализм), чем те, которые противоречат ей (например, защищающие гражданские права). Кроме того, полиция в первую очередь применяет законы, направленные против бедняков и не причастных к власти, тех, кого можно подавлять, не встречая сопротивления.
  Квинни (1977) рассматривает данную проблему с марксистской точки зрения. Он утверждает, что законы и деятельность правоохранительных органов — это орудие, которые правящие классы (владеющие средствами производства) используют против тех, кто лишен власти. Например, в XII в. были приняты законы, запрещающие бродяжничество, что было обусловлено стремлением землевладельцев, заставить бедняков работать, ибо в то время каждый десятый работник погибал от чумы или его забирали в отряды крестоносцев (Чемблисс, 1964). Далее Квинни подчеркивает, что даже законы, якобы противоречащие интересам правящих классов (например, принятое в 30-е и 40-е г. XX в. законодательство, поддержавшее требование профсоюзов), в действительности служат этим интересам. Ведь если бы такое законодательство не было принято, мог произойти революционный взрыв, что привело бы к коренным изменениям социального строя.
  Таким образом, «радикальная криминология» не интересуется, почему люди нарушают законы, а занимается анализом сущности самой законодательной системы. Более того, сторонники этой теории рассматривают девиантов не как нарушителей общепринятых правил, а скорее как бунтарей, выступающих против капиталистического общества, которое стремится изолировать и поместить в психиатрические больницы, тюрьмы и колонии для несовершеннолетних множество своих членов, якобы нуждающихся в контроле.
  Критика теории конфликта:
  • В обществе, где нет противоборствующих классов все равно есть преступность.
  • Теории конфликта рассматривают преступников из низших слоев как имеющих право на преступления.
  Мы рассмотрели основные социологические подходы к объяснению девиантного и делинквентного поведения, которые играют значительную роль в современной интерпретации рассматриваемого явления.
  Итак, девиантным поведением считается любое по степени выраженности, направленности или мотивам поведение, отклоняющееся от критериев той или иной общественной нормы.
  Девиантное (отклоняющееся) поведение имеет следующие клинические формы:
  • аутоагрессия (суицидальное поведение);
  • злоупотребление психоактивными веществами;
  • характерологическое и патохарактерологическое поведение;
  • нарушения пищевого поведения;
  • аномалии сексуального поведения;
  • дизонтогенез психики.
  Эти клинические формы девиантного поведения и можно отнести к основным формам аномального поведения, о которых пойдет речь в Главе IV.

 
© www.txtb.ru