Учебные материалы

Перечень всех учебных материалов


Государство и право
Демография
История
Международные отношения
Педагогика
Политические науки
Психология
Религиоведение
Социология


Тема 16. Религии Японии. Синтоизм

  СИНТО (синтоизм), политеистическая религиозная система, распространенная только в Японии.
  Формирование синто
  Впервые термин «синто» встречается в письменных памятниках 7 века. В это время на основе местных разрозненных религиозных культов в центральной части острова Хонсю начинается формирование единой для древнеяпонского государства религии, что было связано, в первую очередь, со становлением централизованного государства с его потребностью в унифицированной идеологии. Для достижения этой цели были составлены мифологическо-летописные своды «Кодзики» («Записи о делах древности», 712) и «Нихон секи» («Анналы Японии», 720), в которых предпринимается попытка сведения мифов отдельных родовых и территориальных образований в единую стройную систему (эта задача никогда не была решена на практике окончательно, и наряду с официально зафиксированными пантеоном и мифами синто всегда существовало множество их локальных вариантов). Основной задачей этих сводов было обоснование легитимности «правящего» рода, глава которого («сын неба» или, в устоявшейся европейской терминологии, «император») играл роль верховного жреца и почти никогда не обладал реальными всеобъемлющими распорядительными полномочиями, которые принадлежали другим кровно-родственным структурам (в древности — родам Сога, Фудзивара, впоследствии — родам сегунов Минамото, Асикага и Токугава). Этот своеобразный дуализм системы властных отношений в значительной степени предопределил уникальность ситуации, состоящей в том, что правящая японская династия не знала перерыва по крайней мере начиная с 5 века до нынешнего времени.
  Помимо «Кодзики» и «Нихон секи», важными источниками по истории и культовой практике раннего синтоизма являются описания провинций Японии «Фудоки» («Записи о природе», первая половина 8 века), поэтическая антология «Манъесю» («Собрание десяти тысяч поколений», начало второй половины 8 века), хроника «Секу нихонги» («Продолжение анналов Японии», 797), генеалогические списки «Синсэн седзироку» («Новые записи о родах», 816), записи церемоний и ритуалов «Энгисики» («Церемонии годов Энги», 927) и некоторые другие.
  Мифология и культ
  Характерной чертой синтоистской мифологии является соединение в ней мифов земледельцев, охотников и рыбаков, племен алтайской и аустронезийской языковых групп, что отражает сложный процесс этногенеза японцев. Наблюдаются определенные параллели и с шаманистическим комплексом обитателей Корейского полуострова. Однако основными в синтоизме следует признать все-таки аграрные обряды. Это было связано с тем, что раннеяпонское государство (самоназвание — Ямато) было прежде всего государством земледельцев (главным образом рисоводов). На религиозную практику раннего синтоизма большое влияние оказали также конфуцианство и особенно религиозный даосизм.
  В синтоизме отсутствует концепция единого Творца. Согласно синтоистской мифологии, природные объекты (включая сами острова Японии) были созданы в результате деятельности парных (мужских и женских) божеств. Вначале сонм божеств, пребывавших на Равнине Высокого Неба, отрядил брата с сестрой — Идзанаки и Идзанами — для того, чтобы они создали Японские острова. Погрузив копье в морскую воду, они стали месить ее, пока частички земли, имевшиеся в ней, не сбились в самый первый остров. После этого Идзанаги и Идзанами спускаются на остров, чтобы создать теперь целый архипелаг, который они и порождают вполне «человеческим» способом.
  Результатом этих действий стало и еще одно важное культурное последствие: японцы стали считать, что их божества — ками — обладают, прежде всего, творящей, производительной сущностью. И потому стали обращаться к ним во всех тех случаях, когда требовалось обеспечить эту производящую способность. Не случайно в исторической Японии похоронные обряды всегда отправлялись буддийскими священнослужителями — именно они были «ответственны» за «проводы» души покойного в мир иной. Что же касается свадеб, обрядов, связанных с рождением, обеспечением плодородия земли, то здесь абсолютный приоритет принадлежал синтоистским жрецам. При императорском дворе существовала Палата Божеств, жрецы которой профессионально отправляли обряды, призванные обеспечить плодородие в масштабах страны (ведущая роль принадлежала наследственным жрецам из родов Накатоми, Имибэ и Урабэ).Что касается деревенских общин, то там эти обряды чаще всего отправлялись самими деревенскими жителями, которых определяли жребием и периодически сменяли.
  Официальный пантеон раннего синто представляет собой божеств-предков наиболее могущественных аристократических родов. Главными категориями этих божеств являются: 1) «небесные божества» (родились и действовали на небе — божества космогонического цикла); 2) «детей и внуков небесных божеств» (родились на небе, но действовали также и на земле — «культурные герои») и 3) «земные божества» — родились и действовали на земле (предки покоренных племен и родов). Каждое из этих многочисленных божеств обладало человеческими потомками. И чем более могущественным был род, тем к более древнему божеству он возводил свое происхождение. Поскольку главное божество синтоистского пантеона богиня Аматэрасу относится к категории «дети и внуки небесных божеств», то ее центральное место в пантеоне объясняется чисто историческими обстоятельствами возвышения правящего рода (его фамилия была, вероятно, табуирована и потому осталась для нас неизвестной). Таким образом, можно утверждать, что структура синтоистского пантеона в значительной мере отражает социальную структуру общества 7-8 веков.
  Большую роль в синтоизме играют локальные ландшафтные божества, считавшиеся охранителями той или иной местности, а также людей, там обитавших. В особенности это относится к божествам гор, поскольку именно горы являлись основными сакральными точками пространства: считалось, что именно там обитают души предков. Не случайно, что большинство синтоистских храмов также было расположено в горах. Вместе с формированием в культуре эстетических представлений природным ландшафтным объектам были приписаны эстетические характеристики, чем и объясняется «повышенное» внимание, уделяемое японской литературой и искусством пейзажным жанрам.
  Согласно синтоизму, каждый человек после смерти становится предком, и, следовательно, объектом для поклонения — вне зависимости от своих прижизненных деяний. О синтоистском божестве невозможно однозначно сказать — доброе оно или же злое, поскольку синтоизм не относится к числу религий с разработанными этическими понятиями. Не существует в нем и божества, которое можно было бы соотнести с дьяволом, с воплощением абсолютного зла. Из культа предков проистекает трепетно­уважительное отношение японцев к прошлому. Прошлое — это то время, когда жили предки. Поэтому история этой страны не знает революций, основным содержанием которых является отрицание прошлого времени, желание начать все «сначала». Отсюда и преувеличенная (с точки зрения европейцев) любовь обитателей Японского архипелага к истории, вообще ко всему, что произошло когда-то в прошлом.
  АМАТЭРАСУ (букв. «светящая с неба»), главное божество пантеона синто, богиня солнца. Считается прародительницей императорского рода. Культ Аматэрасу, почитаемой правящим домом, получает общеяпонское распространение начиная приблизительно с 12 века, в связи с чем приобретают популярность паломничества в Исэ (префектура Миэ), где расположено главное святилище богини. Иконографический символ Аматэрасу — зеркало. С Аматэрасу связан один из основных синтоистских мифов. Брат Аматэрасу — бог ветра и бури по имени Сусаноо — обладал буйным и неуживчивым нравом. Он разрушил межи на возделанных Аматэрасу полях, засыпал оросительные каналы и повел себя настолько непристойно, что Аматэрасу сочла себя оскорбленной и спряталась в пещере. И тогда в мире наступила тьма. Чтобы заставить Аматэрасу вновь явиться миру и осветить его, другим богам пришлось прибегнуть ко многим ухищрениям, закрепленным впоследствии в ритуале. Они заставляли петь петухов, повесили перед входом в пещеру бронзовое зеркало. Лишь неистовый танец богини Амэ-но Удзумэ смог развеселить богов, а сама Аматэрасу была вынуждена выглянуть из пещеры.
  «НИХОН СЕКИ», «Нихонги» («Анналы Японии»), мифолого-летописный свод, составленный в 720 группой сановников и чиновников под руководством принца Тонэри. Состоит из тридцати свитков, написан на древнекитайском литературном языке. Представляет собой ценнейший источник по религии синто и раннеяпонской истории, входит в число шести японских общегосударственных хроник. Центром повествования являются мифы, предания и события, связанные с правящим родом. После неудачной попытки создания общегосударственной идеологии на основе «Кодзики» составление свода «Нихон секи» оказалось плодотворным, этот текст всегда служил одним из основных источников для государственной и этнической самоидентификации. В отличие от «Кодзики», в «Нихон секи» представлены сведения о буддизме, родах переселенцев из Кореи и Китая. Изложение исторических событий является намного более подробным. Уникальной особенностью памятника является многовариантность изложения синтоистского мифа: представлены версии одного и того же мифа, сохранявшиеся различными могущественными родами. Свод «Нихон секи» был составлен под влиянием китайской исторической мысли при непосредственном участии иммигрантов, однако местная традиция внесла существенные корректировки. Так, положение о принципиальной возможности смены правящей династии (так называемый «мандат Неба») было полностью проигнорировано, что наложило отпечаток на всю дальнейшую историческую и культурную традиции.
  Перевод на русский язык Л. М. Ермаковой и А.Н. Мещерякова издан в 1997 (Нихон секи. Анналы Японии, СПб.).
  Синтоистский храм
  Синтоистский храм представляет собой небольшое помещение, территория которого ограничена воротами П-образной формы, обозначающими петушиный насест (символизирует Аматэрасу). Храм предназначен прежде всего, для сохранения в нем неантропоморфного символа божества — синтай (это может быть бронзовое зеркало, меч и т.д). Молельный зал в синтоистском храме отсутствует, и все религиозные обряды отправляются под открытым небом. Зимой синтай обычно находится в храме и недоступен для обозрения. С наступлением весны и началом полевых работ его помещают в священный паланкин (микоси) и доставляют к месту проведения полевых работ, где он и находится вплоть до Праздника нового урожая.
  Поскольку ранние синтоистские божества имеют жесткую географическую привязку (фиксированное местообитание данного рода, общины), то, как правило, каждому божеству был посвящен только один храм. Даже храм правящего рода в Исэ (современная префектура Миэ), в котором поклоняются Аматэрасу, в стране был только один (более того, нахождение там посторонних долгое время не допускалось).
  Возрождение синтоизма в 20 веке
  Синтоистские средневековые теологи сделали предметом своего размышления мифы и рассуждали по преимуществу о том, какое божество появилось раньше, а какое — позже (существовали различные версии одних и тех же мифов), какой способ отправления ритуала следует признать наиболее «правильным» (т.е. древним) и т.п. (см. Ватараи-синто). Вопросы же, касающиеся познаваемости мира, бытия и небытия, «смысла жизни» и т.п. становились предметом обсуждения для буддийских теологов.
  С самого начала распространения буддизма в Японии (с середины 6 века) наблюдаются процессы контаминации синто с буддизмом. В результате возникают синкретические вероучения, наиболее популярным из которых было хондзи-суйдзяку.
  Утеря синто идейной и организационной самостоятельности привела к тому, что мыслители «национальной школы» (кокугаку) — Камо Мабути (1697-1769), Мотоори Норинага и др. активно выступили за «возрождение» первоначального синтоизма, свободного от буддийских напластований. Работы ученых этой школы не только заложили основы научной филологии, но и сыграли роль в идейном обеспечении событий 1867-68 («реставрация Мэйдзи»), в результате которых был ликвидирован сегунат и восстановлены функции императора как символа нации.
  После реставрации Мэйдзи и вплоть до окончания Второй мировой войны официальный синтоизм превращается в основу агрессивной и этноцентричной государственной идеологии Японии. Синтоистским храмам оказывается активная государственная поддержка, ведутся работы по реконструкции и разработке государственного синтоистского ритуала, а результаты этих разработок выдаются за реалии древности. Положение меняется коренным образом вместе с отделением религии от государства (декабрь 1945), однако и в настоящее время, согласно конституции Японии, император остается символом японского народа.
  В синтоизме нет священных писаний, подобных тем, что существуют во многих других религиях. Этот факт характеризует синтоизм как веру. Тем не менее, есть считающиеся авторитетными источниками древние тексты, в которых изложены исторические и духовные основы синтоизма.
  Древнейшие из этих текстов были составлены под руководством императорской семьи и в них собраны мифы и ранние исторические хроники Японии. Самый древний сохранившийся памятник японской письменности — Кодзики, "Записи о деяниях древности" датируется 712 годом нашей эры, в них описаны события вплоть до 628 года. Текст написан китайскими иероглифами, но слог письма — древний разговорный японский, благодаря чему можно узнать о стиле бытовавшей ранее и передававшейся от поколения к поколению устной речи, вот почему этот письменный источник чрезвычайно ценен. В другом тексте под названием Нихонги, или Нихон сёки — "Анналы Японии", который появился спустя восемь лет, в 720 году, рассказывается о событиях, происходивших до 697 года. Он написан на китайском языке и, следовательно, другим стилем. В этой рукописи, в отличие от Кодзики, больше деталей; некоторые события имеют мифологические объяснения и трактовки, что очень важно, так как в Кодзики таких подробностей нет.
  Эти два документа синтоисты ценят особенно высоко, поскольку в них содержатся единственные дошедшие до нас древнейшие сведения об императорской семье и нескольких родах, давших начало японской нации. В текстах говорится о происхождении императорского престола, о родословных некоторых кланов и о многом другом из того, что легло в основу японского общественного строя и традиций. Кроме того, в этих источниках содержится богатая информация о древних синтоистских ритуалах и обычаях, а также об обязанностях и незыблемых правах отдельных родов в том, что касается их участия в религиозных обрядах. В этих обязанностях и правах выразились особые притязания некоторых кланов на роль в социальной структуре Японии, без которых сама система родов почти неизбежно бы разрушилась.
  Кудзики — "Хроники Древних Событий", Когосюи — "Избранные Истории из Древности" и Энги сики — "Уложения эры Энги" также считаются достоверными источниками. Считается, что Кудзики были написаны примерно в 620 году, т. е. на сто лет раньше появления Нихонги, однако древнейшая сохранившаяся версия этой книги почти наверняка не является подлинной. Тем не менее она тоже древняя и представляет большую ценность, хотя в ней и содержится многое из того, что есть в Кодзики и Нихонги. К сожалению, эта рукопись до сих пор не переведена с японского. Когосюи, написанные в 807 году, дополняют информацию о раннем синтоизме. Опубликованные в 927 году Энги сики являются фундаментальным источником знаний о раннем синтоизме, церемониях, молитвах, ритуалах и о методах управления церковными делами.
  Следует еще раз подчеркнуть, что, в отличие от христианства и ислама, ни одна из перечисленных выше рукописей не считается священным текстом и в первую очередь это исторические записи, которые, вдобавок к своему политическому и династическому значению, раскрывают древние формы веры в ками.
  В синтоизме не возникло канонического свода религиозных правил, поскольку поначалу храмы были лишь ритуальными посредниками между людьми и божествами ками, а позднее, когда эти храмы стали восприниматься как символы веры определенного сообщества людей, не было необходимости создавать какие-то доктрины и инструкции. При этом на протяжении всей истории известно лишь несколько случаев, когда люди, исповедующие синтоизм, уклонились от исполнения общественного долга.
  Были времена, когда вынужденное противостояние чужеземным религиям и опасение утратить свои традиции вызывали разговоры о необходимости создания канонов; однако обстоятельства никогда не были столь серьезными, чтобы довести дело до конца. Современные изменения в обществе и путаница в вероисповеданиях в не меньшей степени требуют углубления и укрепления доктрины храмового синтоизма. Тем не менее пока еще ничто не указывает на то, что это будет сделано.

Вперед
 
© www.txtb.ru