Учебные материалы

Перечень всех учебных материалов


Государство и право
Демография
История
Международные отношения
Педагогика
Политические науки
Психология
Религиоведение
Социология


3.1. Психологические факторы и характеристики преступного поведения

  Биологические и социальные факторы являются детерминантами криминального поведения, интегрируясь в личностно-психологических качествах преступника, являющегося субъектом противоправного деяния. Для поведения большинства преступников характерны социально ценностная дезадаптация и дефекты саморегуляции. Доказано, что преступники отличаются от правопослушных граждан в наибольшей степени отношением к таким ценностям, как общественнополезная деятельность, нравственность, эстетическое удовольствие, брак, семья, дети. Преступники являются людьми более фаталистичными и меланхоличными (т. е. крайне отрицательно оценивающими свою прожитую жизнь, повседневные дела и жизненные перспективы), у них также занижена потребность в социально-приемлемой саморегуляции. Все это может свидетельствовать о том, что преступников от непреступников отличает не одно какое-то ведущее психологическое свойство, а неповторимое сочетание и особый удельный вес каждого из личностных свойств (своеобразный «симптомокомплекс»), который характеризует деликвентную личность как человека с особой «жизненной философией» и поведенческими стереотипами.
  В качестве психологических предпосылок преступного поведения могут выступать феномены отчуждения и тревожности. По мнению ученых, социально-психологическое отчуждение есть развивающаяся чаще всего в результате эмоционального отвергания родителями (психологической депривации), из безразличия, а также усвоенной социально-психологической дистанцией между индивидом и средой, изолированность от ценностей общества и невключенность в эмоциональные контакты, отчужденность от общества в целом, его социальных институтов и малых групп (семья, коллектив и др.). Фатально однозначно изолированность не может рассматриваться в качестве причины преступного поведения, но она формирует общую нежелательную направленность личности, которая может предопределять уголовно-наказуемые формы реагирования на конкретные конфликты.
  По данным эмпирических исследований наиболее отчужденными среди деликвентов являются бродяги, а среди них - алкоголики. Среди преступников наибольшая отчужденность наблюдается у лиц, отбывающих длительные сроки наказания в виде лишения свободы.
  Большой криминогенностью обладает и феномен личностной тревожности, обусловленный наличием у определенного типа людей значительного беспредметного страха. Как личностное свойство тревожность может возникнуть из-за постоянного ощущения неуверенности в себе, бессилия перед внешними факторами, преувеличения их могущества и угрожающего характера. Когда человек, обладающий чрезмерным уровнем тревожности, начинает оценивать субъективную угрозу безопасности, то он может предпринять попытки насильственных действий против людей или явлений, которые воспринимаются им как угрожающие, деструктивные. В этом случае человек может совершить преступление, чтобы не разрушить представление о самом себе, своем месте в мире, самоощущении, самоценности, чтобы не прекратилось его биологическое и социальное бытие. По данным эмпирических исследований, тревожность как причина преступного поведения присуща преступникам женского пола, а также несовершеннолетним, имеющим проблемы с самоутверждением.
  Рассмотренные феномены тревожности и отчужденности диалектически между собой взаимосвязаны, а поэтому при низких регуляционных возможностях возникающие сначала асоциальные, а затем и антисоциальные установки и привычки не только не контролируются, но и могут становиться целеобразующими механизмами преступного поведения.
  Антисоциальное поведение может быть обусловлено не только рассудочным отношением к действительности, но и неосознаваемыми компонентами психики. В первом случае налицо так называемые умышленные преступления, которые в зависимости от регуляционных особенностей можно подразделить на следующие три вида:
  - преступления целевые, где всегда имеются определенные личные интересы (материальная выгода, карьера, месть и др.);
  - преступления-самоцели, где сам процесс их совершения доставляет чувство удовлетворения преступнику (хулиганство, сексуальное насилие и др.);
  - преступления - средства достижения других целей, где налицо неправильное понимание групповых или общественных интересов (например, ущемление прав граждан должностными лицами, осуществляемое «для экономии» и т. п.).
  Во втором случае преступное поведение обуславливается таким механизмом, как антисоциальные поведенческие стереотипы (привычки, навыки, установки). С позиций криминальной психологии последние часто ведут к ситуативно-импульсивному поведению, особенно в случаях наличия у человека низкого уровня психической регуляции. В этой связи даже в отношении устойчивых преступников следует говорить о ситуативной обусловленности поведения, но уже вызываемыми характерологическими особенностями их личности, сформированными асоциальными операциональными установками (повторение определенного способа поведения в определенной ситуации). Последнее ставит под сомнение расхожее мнение многих юристов о наличии так называемых «криминогенных ситуаций», где обстоятельства якобы сами по себе провоцируют преступление. Юридические психологи, напротив, отстаивают позицию, что преступления совершаются не напрямую из-за ситуативных обстоятельств, а благодаря определенным устойчивым личностным характеристикам человека, так как у каждого индивида существует определенный уровень личностной валентности ситуации (актуализации характерного способа поведения).
  Значительным достижением отечественной криминальной психологии 80-х годов является предпринятая под руководством Ю. М. Антоняна попытка исследования психологических особенностей различных категорий преступников. На основе результатов психодиагностического обследования по методике ММИЛ как преступников, так и правопослушных граждан и затем путем сравнительного анализа выявлены личностные детерминанты конкретных видов преступных деяний.
  Расхитителей, в отличие от других категорий преступников, отличает то, что они более приспособлены к различным социальным ситуациям, нормам, требованиям, более общительны, могут контролировать свое поведение, отличаются меньшей психической напряженностью, реализуют стремление к статусному общественному признанию.
  Корыстно-насильственным преступникам свойственны импульсивность поведения, пренебрежение к социальным нормам, агрессивность. Они отличаются наиболее низким интеллектуальным и волевым контролем. Для них характерна повышенная враждебность к окружению, а их преступные поступки выступают как постоянная линия поведения. Они с трудом усваивают нравственно-правовые нормы. Инфантильные черты, проявляющиеся в непосредственном удовлетворении возникающих желаний и потребностей сочетаются с нарушением общей нормативной регуляции поведения, неуправляемостью и внезапностью поступков. Они также отличаются значительной отчужденностью от социальной среды, в связи с чем у них снижается способность адекватной оценки ситуации, общей ригидностью и стойкостью аффекта.
  Воры сходны с корыстно-насильственными преступниками, но их психологические особенности имеют значительно меньшую степень выраженности. Они более социально адаптированы, менее импульсивны, обладают меньшей ригидностью и стойкостью аффекта. Воры обладают более гибким поведением и более низким уровнем тревоги. Они наиболее коммуникабельны, с хорошо развитыми навыками общения и в большей степени стремятся к установлению межличностных контактов. Их агрессивность значительно ниже и они в большей степени могут контролировать своё поведение. Для них характерно самообвинение за ранее совершенные асоциальные деяния.
  Насильников характеризуют такие черты как склонность к доминированию и преодолению препятствий. У них низкая чувствительность в межличностных контактах (черствость) и в меньшей степени выражена склонность к самоанализу и способность поставить себя на место другого. Интеллектуальный контроль поведения такой же низкий, как и у корыстно-насильственных преступников. Для них характерна нарочитая демонстрация мужской модели поведения, о чем свидетельствует и характер совершаемых ими преступлений (например, изнасилование, в котором сексуальные мотивы выражены в меньшей степени, в большей - утверждение себя в мужской роли). Им присущи также импульсивность, ригидность, социальная отчужденность, нарушение адаптации.
  Черты, присущие всем преступникам, выражены и у убийц. Вместе с тем у них выражены и специфические личностные свойства. Это чаще всего возбудимые люди с высокой тревожностью и сильной эмоциональной возбудимостью, которые в первую очередь концентрируются на собственных переживаниях, а в поведении руководствуются только своими интересами. У них отсутствует представление о ценности жизни другого человека, малейшее сопереживание. Они неустойчивы в своих социальных связях и отношениях, склонны к конфликтам с окружающими. От других преступников их отличает эмоциональная неустойчивость и высокая реактивность поведения, исключительная субъективность (предвзятость) оценки происходящего. Они внутренне не организованы, их высокая тревожность порождает такие черты, как подозрительность, мнительность, мстительность, которые в большинстве случаев сочетаются с беспокойством, напряженностью, раздражительностью. Они обладают ригидными (косными) представлениями, которые с трудом поддаются изменению. Все затруднения и неприятности, с которыми они сталкиваются в жизни, рассматриваются ими как результат враждебных действий.
  Серийных сексуальных убийц отличает бессознательное стремление к психологической дистанции между собой и окружающим миром, уход в себя. Эти данные можно интерпретировать как глубокое и длительное разрушение отношений со средой, которая с какого-то момента начинает выступать в качестве враждебной и в то же время непонятной силы, несущей угрозу для данного человека. С этим несомненно связаны подозрительность, злопамятность, повышенная чувствительность к внешним воздействиям, непонимание среды, что повышает и поддерживает тревожность и страх смерти.
  Определенный интерес представляют психологические особенности женщин-преступниц. Хотя удельный вес женской преступности гораздо ниже мужской, но и он в последнее время растет. В целом можно сказать, что основной массе женщин-преступниц по сравнению с пре- ступниками-мужчинами в меньшей степени свойственны асоциальные установки, у них нет устойчивых преступных убеждений, социальнопсихологическая адаптация хотя и нарушена, но глубоких дефектов нет. Чего, конечно, нельзя сказать о рецидивистках, которые давно утратили социально-позитивные контакты и стали по сути дезадаптированными личностями. Психологическую специфику указанным лицам придает то, что у многих из них имеются психические аномалии и расстройства, в том числе и из-за возрастных изменений.
  Свойственная женщинам-преступницам, в основном совершившим насильственные преступления против личности, ригидность (за- стреваемость, стойкость психотравмирующих переживаний, нередко достигающих аффективного уровня), а также высокая импульсивность, неспособность адекватно воспринимать и оценивать возникающие жизненные трудности побуждает их в ситуации фрустрации к необдуманному, дезорганизованному, часто преступному поведению.
  В отличие от преступников-мужчин женщинам-преступницам, как правило, свойственно чувство вины, беспокойство за своё будущее. Им характерна также повышенная тревожность, эмоциональная ранимость.
  Среди умышленных преступников имеется значительное число лиц, которые обладают однородными психологическими чертами, такими, как импульсивность, агрессивность, асоциальность, сверхчувствительность к межличностным взаимодействиям, отчужденность, плохая социальная приспособляемость.
  Психологические особенности умышленных преступников можно рассматривать как предрасположенность к совершению преступления, то есть как свойства личности, снижающие криминогенный порог.
  С учетом рассмотренных данных о нравственных и психологических чертах преступников можно утверждать, что личность преступника отличается от личности законопослушного негативным содержанием ценностно-нормативной системы и устойчивыми психологическими особенностями, сочетание которых имеет криминогенное значение и специфично именно для преступников. Эта специфика нравственно-психологического облика является одним из факторов совершения ими преступлений, что отнюдь не является психологизацией причин преступности, поскольку нравственные особенности складываются под влиянием тех социальных отношений, в которые был включен индивид, то есть имеют социальное происхождение.
  Психологические особенности личности неосторожного преступника. Проведенными исследованиями установлено, что лица, совершившие неосторожные преступления, принципиально отличаются по своим особенностям от совершивших умышленные преступления.
  Для неосторожных преступников характерны интрапунитивные реакции на ситуации фрустрации, т. е. возложение вины за свои неудачи на себя, в отличие от умышленных преступников, для которых характерны экстрапунитивные реакции в фрустрирующих ситуациях, т. е. склонность винить окружающих.
  Неосторожные преступники характеризуются также высоким уровнем тревожности. Лица, отличающиеся таким свойством, обнаруживают неуверенность в себе, склонность к волнениям при стрессе и избыточный самоконтроль. В экстремальной ситуации они легко теряются и склонны к эмоциональной, а не рациональной, спокойной реакции на угрозы. Все это приводит к дезорганизованному поведению в экстремальной ситуации, увеличению количества ошибок.
  В отношении роли потерпевшего в совершенном преступлении юридическая психология подчеркивает, что актуально-ситуативные действия преступника часто вызываются неправомерными, неосмотрительными или легкомысленными поступками потерпевшего. Так, в преступлениях против личности механизм их совершения часто базируется на эмоционально-аффективных реакциях преступника, который в 75-80 процентах случаев был доведен до крайних фаз конфликта с лицом, которое связано с ним родственными, служебными, интимными и другими близкими отношениями. Как свидетельствует криминалистическая статистика, более 65 процентов жертв в момент убийства находились в нетрезвом состоянии, а более половины из них употребляли спиртные напитки совместно с обвиняемым непосредственно перед совершенным преступлением. Поэтому в случаях предварительного расследования и рассмотрения в суде преступлений против личности кон - кретные обстоятельства, причины и условия преступлений не могут быть адекватно вскрыты, если во внимание не принимается личность потерпевшего, его поведение, относящееся к объективным признакам состава преступления. Выявление последнего влияет на установление степени вины обвиняемого, а иногда и исключает ее.
  Современные криминальные психологи при установлении мотивов, целей и способов преступного деяния, личностной ответственности субъекта преступления рекомендуют исходить из целого комплекса основополагающих психологических положений:
  1) поведение человека может регулироваться в форме простых импульсивных реакций и сложных действий, имеющих структурную организацию;
  2) развернутая осознанность присуща лишь сложным, заранее продуманным действиям, где мотив осознан и обоснован личностным смыслом, ситуативные реакции носят установочный характер;
  3) мотивировка (последующее осмысление поведения) может быть неадекватной, а в ряде случаев приобретает личностнозащитный характер;
  4) в детерминации преступного поведенческого факта участвуют не только объективные, но и субъективные факторы и, прежде всего, личность действующего субъекта, обеспечивающая интеграцию сознательной и бессознательной сфер и уровень активности;
  5) вместо традиционного понятия «мотив преступного деяния», включенного в состав субъективной стороны преступления и имплицитно связанного с понятием «сознание», более правильным представляется использование термина «мотивация», который позволяет констатировать наличие вины при отсутствии в структуре деяния должной осознанности (т. е. в случаях, когда преступление совершается на стереотипном личностно-установочном уровне в определенных ситуациях и обстоятельствах).

 
© www.txtb.ru