Учебные материалы

Перечень всех учебных материалов


Государство и право
Демография
История
Международные отношения
Педагогика
Политические науки
Психология
Религиоведение
Социология


Влияние миграций 1990-х гг. на изменения в структуре народонаселения Краснодарского края (этносоциальные  и этнополитические аспекты)

Петров В.Н.
(Кубанский государственный университет, Краснодар)

  Миграция и политика
  За кажущейся спонтанностью в образовании и движении миграционных потоков неизбежно обнаруживается политическое влияние. В истории развития народонаселения расширение ареала жизнеобитания родовых и племенных образований, этноса или группы этносов, происходило как движение на новую территорию, результатом чего становилось приращение пространства размещения, освоение его новых возможностей. Такого рода миграция происходит под влиянием различных факторов: рост численности населения, недостаток или исчерпание ресурсов. Вместе с тем известно, что помимо естественных факторов значительную или даже определяющую роль в этом движении играли политика вождей (властителей и идеологов) развивающегося этноса.
  Прямыми следствиями политики стало миграционное движение в процессах освоения новых территорий и колонизации, высылки, депортации, угон военнопленных и мирного населения. Современная вынужденная миграция и беженцы, экономическая и трудовая миграция - не что иное, как следствие политического неблагополучия, политики расовой и этнической дискриминации, жизненного дискомфорта, создаваемого определенной политикой. Применяемая, в подавляющем большинстве стран, практика регулирования миграции, с ее разрешениями, ограничениями и запретами, программами по приему и депортациями нарушителей правил приема также есть выражение политики.
  Политические стратегии и инструменты потому в большом ходу, что регулирование миграций напрямую затрагивают состояние и развитие важнейшей составляющей государственных ресурсов - человеческого капитала. Видимая часть этой политики обращена к регулированию правил въезда и выезда, к определению поводов и способов движения мигрантов. Однако становится все более очевидным, что за формальными решениями кроются намерения и попытки разрешить противоречия, выражающиеся в явлении глокализации. Это противоречия, на глобальном уровне между интересами международного сообщества и национальными интересами отдельных государств; на региональном уровне между тенденциями либерализации миграционных регуляторов внутри интеграционных региональных союзов и ужесточением их миграционной политики по отношению к "третьим" странам; на национальном уровне между демографическими и экономическими потребностями, с одной стороны и соображениями политической и социальной безопасности - с другой.
  Попытки разрешения этих противоречий во многих странах мира привели к принятию все более жестких мер в отношении мигрантов. Другие подходы к разрешению противоречий находят свое выражение в международных соглашениях глобального и регионального характера по защите прав мигрантов, разработке региональных и государственных программ по приему различных категорий мигрантов, проведении специальных мер в области культурной политики, находящих свое конкретное воплощение в идеологии и практике мультикультурализма.
  Политические решения и действия по регулированию миграционных процессов в Краснодарском крае
  Анализ политических подходов к разрешению проблем возникших в период 1990-х гг. в связи интенсификацией миграции и ее этническим показывает - в решениях краевой власти преобладали запреты и ограничения. Запреты и создание препятствий на поселение использовались сразу в начале роста притока мигрантов, и меры в этом направлении на протяжении 1990-х имели своеобразно дополняющую друг друга хронологическую последовательность: ограничения по прописке, запрет на поселение крымских татар, а затем турок-месхетинцев, препятствия и ограничения по предоставлению статуса беженца и вынужденного переселенца, депортации. Доводы к ограничению въезда: охрана правопорядка и законных прав местных жителей, дестабилизация экономической ситуации, рост нагрузки на социальную инфраструктуру, высокая плотность населения (64 чел на кв. км.), высокая степень мозаичности, угрозы нарушения исторически сложившегося этноструктурного баланса, угрозы региональной и национальной безопасности.
  Совокупность этих доводов, имеющих как реальный, так и мифологический характер, вместе с пониманием действительных проблем образует идеологические основания отношения к приему мигрантов, которые с течением времени воплотились в лозунг - «не инвестировать миграцию». Федеральная и, в еще большей степени, местная краевая политика, ориентированные этой концепцией на практике ведет к ограничению средств и социальных действий при решении проблем как самих мигрантов, так и проблем возникающих в связи с ними у местного населения. К тому же Кубанская власть находится под сильным влиянием мигрантофобии, нагнетаемой отдельными учеными и казачеством, и поэтому декларирует и демонстрирует меры «самосохранительного» характера, эффективность (достаточность или избыточность), общественные последствия которых не изучаются.
  Все это, в конечном итоге привело к тому, что в краевом законо- и нормотворчестве федеральные законы постоянно корректировались в сторону усиления ограничений. Наиболее явно это проявилось в опротестованных прокуратурой актах Законодательного Собрания Краснодарского края: от 20 февраля 2002 года № 1363-П «О дополнительных мерах по снижению напряженности в межнациональных отношениях в районах компактного расселения турок-месхетинцев, временно проживающих на территории Краснодарского края» и от 27 03.02 № 13S1-F7 «О мерах по усиленно государственного контроля за миграцией и административному выдворению лиц, незаконно находящихся на территории Краснодарского края».
  Масштабы миграции и некоторые ее следствия в Краснодарском крае
  Интенсивные этнические миграции 1990-х гг. существенно изменили социальную реальность современного российского общества. Достаточно типичным примером российских регионов, подвергшихся в 1990-е гг. воздействию этнических миграционных процессов является Краснодарский край. Последствия этого воздействия нашли отражение в демографических и этноструктурных изменениях, которые носят качественный характер.
  В этот период произошло замедление темпов общего прироста населения, что в значительной степени обусловлено снижением естественного прироста из-за низкой деторождаемости и тенденцией роста смертности. Эти тенденции, прежде всего, обнаружились в этнической группе русских, естественная убыль среди которых в рассматриваемое десятилетие была очень ощутимой - 207 152 чел. В целом же прогрессирующая естественная убыль населения Кубани в 1989-2000 гг. составила 237 527 чел. Кроме того, возрастная структура населения Кубани имеет явно выраженную тенденцию повышения среднего возраста, то есть постарения, что вместе с воздействием факторов болезней и травматизма будет и в дальнейшем влиять на показатели смертности.
  В этих условиях внешние для края миграции приобрели в значительной степени восполняющий естественную убыль населения характер. Следует отметить, что вклад этнических миграций в пополнение численности населения различен. Наиболее значительным он был в этнической группе русских. В самой многочисленной после русских этнической группе армян общий прирост на 84,5% был обеспечен миграционным приростом (рис 1).
  На качество изменений, несомненно, влияет общая величина миграционного притока, численность и доля нелегальных мигрантов. В 1989- 2000 гг. миграционный прирост в Краснодарском крае составил 630 931 чел. С учетом нелегальной составляющей численность мигрантов, находящихся на территории края, может достигать 1 млн чел, то есть 20% из 5-ти миллионного населения.
  Качественные изменения связаны и с тем, что, если в общедемографической картине региона доли отдельных этносов представляют мелкие детали, то есть невелики, то на локальном уровне, в силу компактного расселения и элементов анклавизации их представительство может быть очень значительным. Компактные поселения различных этнических групп характерны для истории этнических миграций на Кубани. В ходе активной стадии этнических миграций 1990-х гг. вместе с наполнением уже имеющихся мест локального проживания этнических диаспор и общин возникли новые.
  Так, в Краснодарском крае община турок-месхетинцев поданным переписи 2002 года составляет 11 493 чел. Ее долевое представительство в населении края невелико - всего 0,27%. Однако в трех административных районах Абинском, Апшеронском, Белореченском) они представляют заметную, около 2%, этническую группу, а в Крымском районе ее численность составляет 5%. Что касается отдельных городов и других населенных пунктов, то присутствие проживающих здесь турок-месхетинцев выглядит еще более значительным. Так, в Крымском районе турки- месхетинцы компактно проживают в г. Крымске и еще 10-ти населенных пунктах. Наиболее значительно их представительство в селе Новоукраинском - 311 человек (10,8%); в поселке Нижнебаканском - 2306 человек (24,0%).

Рис. 1. Естественный и миграционный прирост населения Краснодарского края в 1989–2000 гг.

Рис. 1. Естественный и миграционный прирост населения Краснодарского края в 1989–2000 гг.

   Изменения в этническом составе выразились в быстром росте численности одних этнических групп и существенном сокращении других (табл. 1).

Таблица 1. Численность и доля отдельных этнических групп Краснодарского края по данным переписей 1989 и 2002 гг.

Таблица 1. Численность и доля отдельных этнических групп Краснодарского края по данным переписей 1989 и 2002 гг.

  * В ходе проведения переписи населения 2002 г. в Краснодарском крае турки- месхетинцы при опросе назывались в основном турками и соответственно были учтены в числе турок (только 116 человек назвали себя турками-месхетинцами). В публикациях результатов переписи эти две национальности объединены и показаны вместе.
   Наиболее значительный результат трансформации этнической структуры социальной общности в Краснодарском крае состоит в том, что украинцы - один из народов создающих этнокультурную специфику Кубани в межпереписной период уступили свою позицию армянам. Заметное в абсолютном исчислении представительство и долевое значение в составе населения Кубани утратили этнические группы немцев, белорусов, крымских татар, евреев. Рост же численности других этнических общин на Кубани происходил очень высокими темпами. Это относится к масштабному (подчас астрономическому) росту представительства ези- дов, курдов, турок-месхетинцев, ассирийцев, чеченцев, татар, грузин, армян, цыган.
  В этнических группах, численность которых на Кубани составляет менее тысячи человек, заметный рост численности произошел в следующих группах: пуштуны - рост численности в 7 раз, сербы - в 6,7 раза, удины - в 5,3 раза, вьетнамцы - в 4,4 раза, арабы, - в 2,9 раза, ингуши - 2,5 раза, абхазы - в 2,3 раза, табасаране - в 1,8 раза, таджики - в 1,7 раза, кумыки, - в 1,6 раза, ногайцы - в 1,5 раза, аварцы - на 46,1%. Значительное уменьшение произошло в численности киргизов - в 6,7 раза мордвы на 28,8%, чувашей -14,2%, поляков - 13,0%, а также туркмен, казахов, эстонцев, литовцев, латышей, чехов, коми и коми-пермяков, карелов и финнов.
  На качество этноструктурных изменений несомненно влияет и то, кто в процессе миграционного движения покидает регион и кто заполняет его, так как это связано с резким переходом от устоявшихся способов согласования социокультурных различий к необходимости воспринимать и согласовывать свои требования и ожидания с другой по качеству этнокультурной ментальностью и этносоциальной институционально- стью. Необходимость новых реакций и изменений в восприятии относится не только к области этноконтактов русских с иноэтничными представителями, но и русских с "другими" русскими, прибывшими из Казахстана и Средней Азии, Закавказья и национальных республик Северного Кавказа.
  Еще одни фактор, имеющий качественные последствия - это недоб- ровольность миграционных перемещений, вызывающая в принимающем обществе необходимость решения проблем связанных с приемом, обустройством и интеграцией вынужденных переселенцев и беженцев. За весь период 1992-2002 гг. на территории края зарегистрировано по обращениям за получением статуса вынужденного переселенца 101 367 мигрантов и получили его 53 203 чел., то есть чуть более половины из пытавшихся. По этническому составу среди них 86,3% - русские, 4,9% - украинцы, 2,5% - армяне, 1,1% - татары, остальные этносы - менее 1%. Основная масса вынужденных переселенцев это те, кто пострадал от этнической дискриминации в Казахстане, бежал от насилия и его угроз в Узбекистане, от войн в Нагорном Карабахе, Абхазии, Таджикистане и Чечне. Переживание прошлых и настоящих, действительных и мнимых обид, ущемленность от потерь и не признания прав, неподтвержденность реальностью ожиданий и притязаний, столкновения с препятствиями и противодействием стремлениям утвердится в новой реальности, - все это вызывают у прибывших сюда этнических мигрантов настроения нервозности, недоверия и, как следствие, обособленности.
  Заключение
  Влияние миграций противоречиво. Вместе с ее позитивными эффектами возникают негативные, порой непредсказуемые следствия. В 1990- е годы в Краснодарском крае вместе с очень высокой интенсивностью миграций обнаруживается специфика миграционных потоков по причинам их происхождения, обстоятельствам миграции и приема на новом местожительстве, разнообразию этнокультурной ментальности. Традиционные по своему проживанию на территории Кубани этносы стали источником притяжения для соплеменников. В то же время происходило вселение представителей новых этнических групп: крымских татар, турок-месхетинцев, курдов ранее депортированных из других регионов.
  Несмотря на то, что региональная политика и вытекающие из нее административные действия носили явно выраженный ограничительный характер, они не смогли воспрепятствовать проявлению определенных тенденций, вызывающих новые напряженности в принимающем обществе. В этой связи все более необходимым становится разработка обоснованных федеральных и региональных критериев и показателей потребности в приеме мигрантов, определение содержания программ и создание условий для интеграции их различных категорий, ориентированных целями удовлетворения потребностей местного населения и мигрантов, обеспечения баланса интересов в их взаимодействии, сочетания равновесного и развивающего потенциалов в принимающем сообществе. Необходимые для этого законодательные решения, административные и общественные действия в принимающем обществе должны представлять комплекс научно обоснованных политических и организационных мер, соотносимых с пониманием актуальности миграции и ее социальных последствий, создающих четкие правовые регуляторы; определенность механизмов и последовательность в реализации.

 
© www.txtb.ru