Учебные материалы

Перечень всех учебных материалов


Государство и право
Демография
История
Международные отношения
Педагогика
Политические науки
Психология
Религиоведение
Социология


5.1. Понятие «этнокультурная безопасность»: подходы к определению

  Выделяя понятие «этнокультурная безопасность», необходимо выяснить содержание одного из основных понятий, выражающего его специфику, - это понятие «этнос».
  Понятие «этнос» имеет различные определения. Рассматривая данное понятие в связи с этнокультурными процессами, наиболее адекватным видится использование такого определения, которое учитывало бы многообразные характеристики этноса. Подобное определение содержится в работах отечественного исследователя Л. Н. Гумилева. Он определяет этнос как коллектив людей, имеющий свою оригинальную внутреннюю структуру, собственный стереотип поведения. Условиями формирования данных оригинальных черт у каждого этноса являются, прежде всего различия ландшафта, климатических условий, в рамках которых он формируется. Этнические различия, по мнению Л. Н. Гумилева, не мыслятся, а ощущаются по принципу «это мы, а все прочие - иные».
  Кроме понятия «этнос», существуют и другие понятия, характеризующие этническую общность людей, - это понятия «суперэтнос» и «субэтнос». Как указывает Л. Н. Гумилев, «этносы, возникшие в одном регионе, в одну эпоху, а тем самым от одного импульса .. .называются суперэтническими целостностями. Они часто образуют мозаику типов, культур, политических образований. Каждый этнос, в свою очередь, включает в себя субэтносы - мелкие группы, отличающиеся друг от друга иногда языком, иногда религией, иногда родом занятий, но всегда стереотипом поведения. Этносы (члены одного суперэтноса) не всегда похожи один на другой, но всегда ближе друг к другу, чем к этносам других суперэтносов, как по ментальности, так и по поведению. Таковы этносы - нации романо-германского мира: немцы, французы, англичане, итальянцы, поляки, чехи, шведы и испанцы. Они - целостность по отношению к представителям «мусульманского мира»: арабам, персам, тюркам, берберам и туарегам или этносам Евразии: русским, татарам, якутам».
  В последние годы значительно вырос интерес отечественных и зарубежных исследователей к разработке различных проблем в области обеспечения безопасности личности, общества и государства. Однако, как отмечают авторы коллективного фундаментального труда «Миграция и безопасность в России» (М.: Интердиалект, 2000.) С. Панарин и Г. Витковская, этнокультурный аспект понятия «безопасность» вплоть до недавнего времени был обделен необходимым исследовательским вниманием. Даже то обстоятельство, что в современном мире одним из важнейших источников формирования угроз для личности, группы, государства, региона, мира является межэтническое противостояние, либо прямо провоцируемое, либо усугубляемое столкновением разных ценностных систем, странным образом не способствовало росту внимания к этнокультурной безопасности, причем такое положение характерно не только для России и не только для сторонников концепции национальной безопасности. Теоретики концепции общей безопасности также недостаточно учитывают значение безопасности этнокультурной идентичности.
  В настоящее время сформулировано несколько возможных подходов к определению понятия «этнокультурная безопасность».
  В частности, современные отечественные исследователи Л. С. Перепелкин и В. Г. Стельмах, ориентируясь на социокультурный подход в определении понятия «этнокультурная безопасность», обращают внимание на проблемы взаимодействия представителей разных этно- культуных групп, проживающих в рамках Российской Федерации. С точки зрения исследовательской позиции этих авторов, этнокультурная безопасность - это сфера устойчивого функционирования и воспроизводства культур всех национальных групп, проживающих в рамках того или иного государства, вкупе с возможностью их участия в свободном взаимообмене культурными ценностями и сохранения их членами своей этнической идентичности. При этом особое внимание обращается на группы факторов социокультурного порядка, повышающие риски в означенной области - это демографические процессы, неконтролируемые миграционные потоки и «этнический ренессанс» (активация в современных условиях этнического/этноконфессионального сознания жителей страны).
  Снижение рисков в ходе межэтнического обмена и культурного взаимодействия рассматриваются ими через возможность организации системного управления этнокультурными процессами, осуществляемого не только самим обществом через систему гражданских институтов, но и государственными структурами, ответственными за урегулирование межэтнических конфликтов в рамках идеологии толерантности.
  Другой подход в процессе формулировки и обоснования содержания понятия «этнокультурная безопасность» демонстрирует один из авторов монографии «Миграция и безопасность в России» (М.: Интердиалект, 2000.) - С. Панарин. Он опирается на уже существующие трактовки категории «безопасность» применительно к другим социальным сферам, а также на некоторые общие подходы, характерные для антропологии, социологии и конфликтологии.
  С. Панарин исходит из следующего определения понятия «безопасность»: безопасность — это состояние устойчивого функционирования и воспроизводства социального объекта/субъекта, поддерживаемое с помощью особой институциональной среды. При этом под «воспроизводством» понимается повторение во времени и пространстве, в последовательности поколений структурных, функциональных и семантических характеристик социального объекта/субъекта, взятых в их динамических связях с окружением.
  С точки зрения С. Панарина, важнейшим аспектом в понимании этнокультурной безопасности является этнокультурная идентичность, которая, как правило, базируется на устойчивых и воспроизводящихся культурных комплексах. Любая страна и любой регион имеют своеобразную структуру населения, характеризуемую специфическими демографическими, образовательными, квалификационными и этнокультурными параметрами. В этой связи отмечается, что культура, в том числе и в этническом (национальном) варианте, выступает в качестве одной из важнейших областей жизнедеятельности.
  Солидаризуясь с одним из известных социально-антропо-логических определений понятия «культура», предложенным К. Клакхоном, согласно которому под культурой понимается целостный образ жизни людей, социальное наследство, которое индивид получает от своей группы, С. Панарин подчеркивает, что в реальной жизни культура существует в своих локальных, т. е. этнических, формах. Нарушение этнокультурного воспроизводства может привести группу к таким негативным явлениям, как психологическая дезориентация, распространение девиантных форм поведения, социальная маргинализация и т. д. Что, в свою очередь, угрожает этнокультурной идентичности.
  Примером подобного нарушения в России является ситуация с некоторыми кризисными этносами, к которым причисляется аборигенное население Севера. В результате колонизации и индустриализации ряда субарктических и таежных территорий Российской Федерации проживающие здесь малочисленные народы (ненцы, ханты, манси, нганасаны и др.) столкнулись с серьезными трудностями при воспроизводстве своего образа жизни. Это было вызвано как исключением из традиционного хозяйственного оборота ряда необходимых для него земель, так и неадекватной государственной политикой, нацеленной на скорейшую интеграцию этих этнических групп в индустриальное общество. В результате этих процессов этнические культуры сильно деградировали. Лишь около половины представителей этих народов сохранили родные языки. Широкое распространение получили различные «социальные болезни»: алкоголизм, преступность, разрушение семейных устоев. У других народов, более крупных и экономически развитых, обладающих сложной социальной структурой, подобные процессы имеют несколько иную конфигурацию.
  В современном мире этнокультурная идентичность находится под защитой международного права. Признано, что этнокультурное разнообразие мира лежит в основе развития человечества. Международное сообщество берет на себя обязательства по поддержанию этнокультурной специфики, особенно специфики меньшинств. Это четко сформулировано в Парижской хартии для новой Европы: «Исполненные решимости способствовать богатому вкладу национальных меньшинств в жизнь наших обществ, мы обязуемся и впредь улучшать их положение. Мы вновь подтверждаем нашу глубокую убежденность в том, что... мир, справедливость, стабильность и демократия требуют того, чтобы этническая, культурная, языковая и религиозная самобытность национальных меньшинств была защищена и чтобы создавались условия для поощрения этой самобытности. <...> Мы признаем далее, что права лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, должны полностью уважаться как часть всеобщих прав человека».
  Пример деградации культуры аборигенных народов является достаточно редким случаем для современного общества. Ныне этническая культура преобразуется, как правило, в национальную форму, в которой господствуют письменные и профессиональные формы, а некоторые традиционные черты сохраняются лишь в качестве «фольклоризмов».
  Как отмечает английский антрополог Э. Геллнер, индустриальное общество способно воспроизводиться только как целостность. Жизнедеятельность индивидов и отдельных малых групп находится в жесткой зависимости от воспроизводственных процессов в рамках всей страны. Культура теперь — это необходимая общая среда, только внутри которой члены общества могут дышать, говорить и творить; значит, это должна быть единая культура. Такая культура должна рассматриваться как интегральная сфера обеспечения безопасности всех социальных объектов. И только государство, как полагает Э. Геллнер, имеет возможность следить за ее эффективным воспроизводством.
  В полиэтнических странах с федеративным устройством, к которым относится и Российская Федерация, могут сосуществовать несколько национальных культур. Каждая из них может и должна служить объектом внимания государства в целом и соответствующего субъекта Федерации. Необходима практика соблюдения паритета в этнокультурной сфере, а также правовая база, в соответствии с которой этнические группы разделяются по статусам «народа» или «меньшинства». В соответствии с ней государству вменяется в обязанность охранительная деятельность по отношению к культурам народов и меньшинств в рамках национально-культурной автономии. В такой ситуации обеспечение этнокультурной безопасности становится одним из главных и актуальных аспектов безопасности. Это вовсе не означает, что степень безопасности культуры того или иного народа определяется степенью его культурной самоизоляции. Этническая культура изменчива, в том числе и за счет внешних заимствований (процессов аккультурации). Взаимодействие, взаимовлияние и взаимообогащение этнических культур, обмен культурными достижениями выступают в качестве непременного условия культурного процесса, развития человечества.
  Культура имеет целостный, системный характер. Трансформация ее отдельных элементов (например, переход большинства или всех носителей данной культуры на другой язык, как это было с шотландцами, ирландцами, в значительной мере с евреями), особенно происходившая в течение длительного периода времени, не обязательно несет для этнической группы только негативные социальные последствия, разрушает ее этнокультурную идентичность. В этой ситуации важным является вопрос о том, как организовать такое сосуществование этнических групп и их культур на одной территории, чтобы культурный обмен не препятствовал этнокультурному воспроизводству и не порождал болезненных социальных отклонений.
  В большинстве регионов мира сосуществование этнических групп имеет исторически обусловленный характер и потому не несет угрозы для их культур. Тут сказывается феномен исторически выработавшейся оптимальной межэтнической дистанции: не препятствуя межгрупповому взаимодействию, она в то же время обеспечивает целостность и эффективное воспроизводство этнических культур, сохранение этнокультурной идентичности.
  Однако в условиях современного мира, интенсивных миграционных процессов чрезвычайной изменчивостью характеризуется этническая структура отдельных регионов. Она меняется в силу воздействия ряда причин. Во-первых, из-за разницы в темпах естественного прироста соседствующих групп. Во-вторых, под влиянием этнических миграций, особенно если они разворачиваются в сжатые сроки. Миграции быстро меняют этническую структуру населения и, таким образом, размывают устоявшуюся систему межэтнических дистанций. Захлестываемые миграционной волной этнические группы сталкиваются с перспективой ассимиляции — утери идентичности, растворения в составе групп, мощно пополняемых миграцией. В итоге миграционные процессы могут создавать и часто создают на деле угрозы этнокультурной безопасности.
  Вместе с тем следует учитывать, что миграция — неизбежное условие существования социальной среды. В противоположность миграции этнокультурная изоляция (т. е. отсутствие межэтнических контактов) также является средовым фактором, и чаще всего негативным. Поэтому при решении вопроса об этнокультурной безопасности в условиях активных миграционных процессов не стоит уповать на их полное пресечение. Решение лежит в иной плоскости — в том, чтобы найти средства поддержания оптимальных межэтнических дистанций в условиях ускоренной трансформации этнической структуры. Тогда будет обеспечено и адекватное функционирование этнических культур.
  Еще одним аспектом, который может оказать свое влияние на межэтническое взаимодействие, являются особенности групповой психологии. Здесь важно обратить внимание на два феномена - этноцентризма и стереотипизации.
  Феномен этноцентризма, присущий групповому самосознанию, выявил американский антрополог У. Саммер. Он определяет этноцентризм как свойство воспринимать и оценивать жизненные явления сквозь призму традиций и ценностей собственной этнической группы. Этноцентризм отражает как отношения внутри самой группы, так и ее отношения с другими. Об этноцентризме говорят только при наличии двух его составляющих: во-первых, признания своей группы эталонной, референтной для оценки других этносов (что выражается во внутригрупповой сплоченности, солидарности, уважении внутригрупповых норм), во-вторых, признания других групп худшими (что ведет к проявлению враждебности, недоверия и презрения к ним).
  Явление стереотипизации представляет собой формирование упрощенных, схематизированных, часто искаженных представлений о каком-либо социальном субъекте/объекте (в данном случае - об этнической группе или ее представителе), о его моральных, умственных, физических качествах. Стереотипизация особенно характерна для обыденного сознания. Стереотипы представляют собой результат обобщения ограниченного личного опыта индивида и предвзятых представлений, принятых в этнической общности, к которой он принадлежит. Как правило, стереотипы складываются в условиях дефицита информации и фиксируют лишь некоторые - не всегда существенные, но почти всегда устойчивые - черты социального объекта.
  Понятие «социальный стереотип» впервые было введено в употребление У. Липпманом в 1922 г. В настоящее время имеет место несколько интерпретаций понятия «социальный стереотип».
  Современный западный исследователь Г. Тэджфел суммировал выводы относительно социального стереотипа в шести основных положениях:
  1) люди с легкостью проявляют готовность характеризовать обширные человеческие группы недифференцированными, грубыми, пристрастными признаками;
  2) такая категоризация (т.е. характеристика с использованием грубых пристрастных признаков) стремится оставаться совершенно стабильной в течение очень длительного периода времени;
  3) социальные стереотипы в некоторой степени могут изменяться в зависимости от социальных, политических или экономических изменений, но этот процесс происходит крайне медленно;
  4) социальные стереотипы становятся более отчетливыми и враждебными, когда возникает социальная напряженность между группами;
  5) социальные стереотипы усваиваются очень рано и используются детьми задолго до возникновения ясных представлений о тех группах, к которым они относятся;
  6) социальные стереотипы не представляют большой проблемы, когда не существует явной враждебности в отношениях групп, но их в высшей степени трудно модифицировать и управлять ими в условиях значительной напряженности и конфликта.
  Этнический стереотип - наиболее часто встречающаяся разновидность социальных стереотипов. Это обусловлено рядом причин:
  1) яркостью, отчетливостью, широкой представленностью в общественном и индивидуальном сознании;
  2) разнообразием проявлений в практической деятельности людей.
  Этноцентризм и стереотипизация опыта межэтнического взаимодействия могут порождать различного рода фобии, всегда свойственные социальной психологии этнической группы. Это порождает субъективную почву для того, чтобы в результате миграции возникла напряженность в этнокультурной сфере. Но миграция порождает и объективные причины возникновения межэтнического недоверия, иногда доходящего до вражды, и приводимая ниже модель учитывает, что угрозы для этнокультурного воспроизводства контактирующих групп создаются обеими этими составляющими. Вместе они могут порождать явление, названное «мигрантофобией»; оно означает, что между местным и пришлым населением воздвигаются социальные и психологические барьеры, замедляющие интеграцию.
  Подытоживая сказанное вслед за С. Панариным, можно выдвинуть еще одно из возможных определений понятия «этнокультурная безопасность»: этнокультурная безопасность - это состояние устойчивого функционирования и целостного воспроизводства культур основных социальных субъектов/объектов и их этнокультурной идентичности при свободном взаимообмене между ними культурными навыками.
  Этнокультурная безопасность обеспечивается при помощи прогноза этнокультурных процессов в рамках страны или региона, в том числе с учетом разделяемой системы ценностей, и поддерживается за счет реализации этнокультурных прав индивидов, этнических групп, а также институционализированной государственной внутренней (федеративной, региональной, национально-культурной, миграционной, социальной) и внешней политики.

 
© www.txtb.ru