Учебные материалы

Перечень всех учебных материалов


Государство и право
Демография
История
Международные отношения
Педагогика
Политические науки
Психология
Религиоведение
Социология


Модель объективной атрибуции

  Подобная пристрастность вполне объяснима: когда дело касается Я-концепции, то ожидать от людей объективности не приходится. Хотя, разумеется, когда нет проблем, связанных с самосознанием, и в частности с самооценкой, то мы способны на беспристрастные и объективные рассуждения. Об этом, в частности, пишет Бернард Вейнер, разработавший один из вариантов теории каузальной атрибуции, касающейся того, как люди объясняют причины успехов и неудач как своих собственных, так и чужих (Weiner В., 1974). В своей модели атрибуции он рассматривает три независимых параметра: локус причинности, стабильность, контролируемость.
  Локус причинности указывает на то, какими, внешними или внутренними, факторами детерминирован полученный результат (успех или неуспех). Как видим, в данном случае Вейнер базируется на классификации видов атрибуции, созданной Фрицем Хайдером.
  Стабильность является показателем того, в какой мере устойчивы и постоянны те причины, благодаря которым достигнут именно этот результат. Например, состояние здоровья или настроения достаточно неустойчивые, подвижные факторы, в то время как черты характера или интеллектуальные способности — достаточно стабильные образования.
  Контролируемость означает, в какой мере человек способен влиять на причины, предопределившие полученный результат, т. е. насколько он может их контролировать. Так, от самого человека зависит, сколько усилий он затратит, чтобы выполнить, например, контрольную работу. Но вот внезапное ухудшение здоровья, семейные неурядицы, низкий интеллектуальный уровень, посредственные способности или другие неприятности — все эти факторы мало поддаются контролю.
  Согласно Вейнеру, люди учитывают эти три параметра, когда объясняют причины успехов и неудач как своих собственных, так и чужих. Учет лишь одного показателя мало что дает для понимания причин полученного результата. Поэтому смысл имеет лишь учет всех трех показателей. Только в этом случае можно уяснить объективную картину произошедшего. Разумеется, все это достижимо лишь в теории. В реальной повседневной жизни достижение высокой степени объективности — задача не из легких.
  Тем не менее, мы пользуемся показателями, выделенными Вейнером, и в повседневных отношениях, но, как правило, не в совокупности, а по отдельности. Так, например, учитывая такой параметр как стабильность, мы пытаемся не только понять причины полученных результатов, но и предсказать возможные результаты в будущем. Если, скажем, я убежден, что мое быстрое выздоровление явилось результатом квалифицированной помощи и внимательности врача (внимательность и квалификация — стабильные факторы), то и впредь, заболев, я стану обращаться именно к этому врачу, поскольку буду надеяться, что он так же успешно вылечит меня и в следующий раз. Если же я полагаю, что причина моего выздоровления не в искусстве врача, а в моем крепком организме, то свое выздоровление я буду рассматривать как результат обоюдного везения (нестабильный фактор) — моего и врача. Мне повезло с организмом, а бездарному и неграмотному врачу — с пациентом. Понятно, что в дальнейшем я стану держаться от такого врача подальше. Хотя, возможно, я не буду прав ни в первом, ни во втором случае: ведь речь идет лишь о моих предположениях и убеждениях, а не о знании объективной истины.
  Давая объяснение (предпринимая атрибуцию), мы можем также учитывать такой параметр, как степень контролируемости, т. е. возможности влиять на достижение результата. Если мы считаем, что чей-то неуспех был обусловлен неконтролируемыми причинами (на- пример, плохая успеваемость — низким интеллектом человека), то будем скептически относиться к самой возможности улучшения ситуации в дальнейшем, даже если сам человек этого хочет и стремится к этому. Точно так же успех, приписываемый неконтролируемым причинам, буден расценен нами как простая удача, он не вызовет у нас ожиданий такого же успеха в будущем.
  Добавим, что наш выбор того или иного объяснения, например предпочтение в процессе атрибуции стабильных или временных причин, зависит от многих факторов: симпатий и антипатий, изначальных ожиданий, стереотипов и т. д. Если человек нам нравится по каким-то причинам или мы убеждены, что он хороший специалист, то его успехи мы объясним личностными, диспозиционными причинами: способностями, умением, мастерством. В противном случае, если он нам не нравится или мы считаем его бездарем, неумехой, ленивым, его успех мы объясним какими- то преходящими причинами: удачей, везением, случаем.
  В свою очередь, от того, какими причинами — диспозиционными или ситуационными — мы объясним полученный человеком результат (успех/неуспех), будет зависеть наше дальнейшее отношение к нему. Если мы полагаем, что чей-то успех явился результатом личных усилий, способностей, трудолюбия, то вознаграждаем человека похвалой, хорошим отношением, другими имеющимися в нашем распоряжении ресурсами. То же самое относится к наказаниям и порицаниям в случае неуспеха. Одно дело, когда человеку не повезло, другое — когда сам виноват.

 
© www.txtb.ru